Восемь обезьян читать онлайн

Пошатавшись по закоулкам вокруг Сенной площади и убедившись, что за ним не увязался какой-нибудь шпик, Ванята пришел в ночлежку, где к тому времени наверняка уже собрались его „воспитатели“. Однако, свернув в темную подворотню, прежде чем спуститься в жилой подвал, Ванята опасливо огляделся по сторонам, вынул из стенки кирпич и спрятал в образовавшийся тайник золотую монету.

Он хотел уже положить на место кирпич, как вдруг у него за спиной раздался хриплый голос:

— Крысятничаешь, гаденыш?

Ванята испуганно обернулся.

— Микола, ты! — Мальчишка придал своему лицу радостное выражение. — А я было испугался… мало ли, думаю, чужой кто!

— Правильно испугался! — прошипел Микола. — А ну, покажи, что ты там припрятал!

— Да ничего такого, конфекту вкусную… я по малолетству конфекты сильно уважаю…

— Ты мне зубы-то не заговаривай! Показывай, что там у тебя! Показывай, говорят!

Ванята шмыгнул носом, запустил в тайник грязную руку и действительно вытащил леденец в яркой обертке.

— Видишь, Микола, конфекта! Коли хочешь — забирай… мне для тебя не жалко…

— На черта мне твоя конфекта! — Микола оскалился. — У тебя там еще что-то спрятано! А ну, покажь!

— Христом Богом клянусь, больше там ничего нету… — захныкал мальчишка.

— Ты меня не серди! — Микола надвинулся на него, как вдруг из темноты под лестницей раздался укоризненный голос:

— Ты зачем же, Микола, мальца забижаешь? Дите обидеть — все одно что Бога обидеть!

Из темноты появился узкоглазый старичок, тяжело опираясь на свою палку.

— Дядя Митрофан, дядя Митрофан, хорошо, ты подоспел! — обрадовался Ванята.

— Ты это зря, дядя Митрофан! — недовольно проворчал Микола. — Этот гаденыш крысятничает. Обшмонал того жмурика и хабар хотел припрятать.

— С энтим мы разберемся, — проскрипел старичок. — Верно, Ванята, разберемся?

— Ве… верно! — ответил мальчишка неуверенно. — Мы с тобой завсегда разберемся…

— А ты, Микола, порядки свои тут не заводи.

— Ничего я не забыл, дядя Митрофан! — огрызнулся Микола. — А только крысятничать никому не позволено! Пускай он покажет, что в стенку занырил!

— Это мне решать, что позволено и что не позволено! А ты, если будешь свои порядки устанавливать, — кровавыми слезьми заплачешь! Понял, Микола?

— А ты меня не пугай, старый хрыч! — процедил Микола.