Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Проделки неверной фортуны: Александр Меншиков

Из князи в грязиВесной 1728 года опальный светлейший князь, президент Военной коллегии, почетный академик Британской академии, кавалер множества российских и иностранных орденов, генералиссимус Александр Данилович Меншиков с семьей — женой, сыном и двумя дочерьми — был отправлен из своего липецкого поместья Ораниенбурга в вечную ссылку в Сибирь. Не успели ссыльные проехать и десяти верст, как их нагнал нарочный из Петербурга и остановил убогую повозку.

Начался последний обыск. Таково было высочайшее предписание: не дать опальному князю увезти с собой ничего лишнего сверх положенного по инструкции. И действительно, «лишнее» тотчас нашли, отобрали и внесли в особый протокол: «шлафрок ношеный — 1», «чулки касторовые, ношеные — 1», «скатерти — 4». У женщин отняли нитки с иголками, лоскуты материи для шитья — не положено! Напоследок самого Меншикова обыскали и забрали у него ветхий кошелек, в котором лежали 59 копеек.

Это были последние деньги еще вчера самого богатого человека России.

Так, совершив головокружительный взлет к вершинам власти, богатства и могущества, Меншиков стремительно низринулся вниз.

«Дитя моего сердца»"

"Впервые имя Александра Меншикова упоминается в документах в 1698 году. Иностранцы писали о нем как о «царском фаворите Алексашке из низшего рода людей». Никто не может сказать точно, происходил ли светлейший из простолюдинов или из знатного польского рода Менжиков.

Не будем рыться в родословных книгах, скажем прямо — человек в России независимо от происхождения обретает свое значение только тогда, когда он в фаворе. В конце 1680-х годов Алексашка приглянулся юному Петру I, и это решило судьбу будущего генералиссимуса — царь сделал его своим денщиком, привязался к нему.

Царский денщик — должность по тем временам исключительно важная. Это слуга, порученец, телохранитель, сподвижник.

Но и среди денщиков Меншиков сразу же занял особое место при государе, который в письмах называл его ласково «Алексашею», «Mein Herzen-kind» («Дитя моего сердца»). Нет сомнений, Петр любил Меншикова, делил с ним стол, вечную свою дорогу, трудности и, чего греха таить, — постель. Об этом есть свидетельства документов.

Большой талант и огромный порокНо не будем все сводить к постели. Меншиков был по-настоящему талантлив.