Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

И я ненавидел эти два слова больше всего на свете.

— Ты все еще злишься, — заметила она, касаясь моей руки.

— Я не могу просто взять и перешагнуть через это.

— Но ты уже это сделал, — напомнил Марк. — С Гордо. Картером. Келли. Возможно, пока не в полной мере, однако хотя бы начал.

— И что? — спросил я, пытаясь прикинуться дурачком. — Это не имеет никакого отношения к…

— А почему с Джо все обстоит иначе?

— Потому что он — совсем другое дело, — пусть это и было мелочно, но мне не нравилось чувствовать себя загнанным в угол.

— Для меня он не такой, как все.

И они это прекрасно знали. А еще они разговаривали с ним, пока меня не было. Каждый день. Ходили туда-сюда из старого дома в главный и наоборот. Проводили с ним весь день, пока я работал в автомастерской с остальной частью своей стаи и Гордо. Они обнимали его, прикасались к нему, слушали, как он дышит. Они не просыпались по ночам от кошмаров, где Джо снова исчез, ничего не сказав, просто исчез, как будто его никогда и не было…

— Ты не спишь, Окс, — тихо произнесла Элизабет, и я в который раз задумался, насколько тесно и крепко мы все связаны друг с другом.

Потому что иногда казалось, что они постоянно у меня в голове. — Я знаю, тебе кажется, будто это сон. Края размыты, и ты не в состоянии понять, что происходит, но уверяю тебя, ты не спишь.

— О чем вы разговариваете? — спросил я, не глядя на них. — Когда меня нет.

— Мало о чем, — вздохнул Марк. — Говорят в основном Картер с Келли. Джо… практически не разговаривает.

Я почувствовал себя виноватым, хотя и не знал, стоило ли. Очевидно, он уже давно стал таким. Я понятия не имел, что еще в нем изменилось. И не знал, как спросить.

— Нужно забыть обо всем, — сказал я. — Но я ума не приложу как. Я пытался. Правда. Меня убивает сама мысль, что он рядом, а я ничего не делаю.

— Тогда сделай уже что-нибудь, — произнесла Элизабет. — Раньше ты никогда не был нерешительным, Окс. Так не начинай сейчас.

— Чушь собачья, — фыркнул я.

— Я множество раз не мог сделать выбор.

Она дала мне подзатыльник, и я уставился на нее.

— Исправь это, — велела она. — Пока я не потеряла остатки своего терпения и не уладила все сама. Ты же не хочешь, чтобы до этого дошло, правда?

— Поверь мне, точно нет, — заверил Марк. — Она превратится в маленькую назойливую мошку, вечно жужжащую тебе на…"

"— А уж про тебя я вообще молчу, — парировала Элизабет. — Богом клянусь, Марк, вы с ним в одной лодке.