Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

После того как врач проверил грудь, живот женщины, спрашивая о ее ощущениях, произнес:

– Хорошо. Теперь отдыхайте. Через три дня УЗИ, а пока сдаете анализы, выполняете назначения и отдыхаете.

– Я… Спасибо, – очень тихо произнесла Латрова и с мольбой спросила: – Скажите, где… где моя дочь? Алина. Она осталась одна.

Завольская нахмурилась и сразу же выдала:

– К сожалению, у меня нет никакой информации о вашей семье. Наверняка она с мужем… или с родными.

– Он… он разбился утром… Больше из родственников никого нет, кто бы мог помочь.

Женщина нахмурилась, понимая всю ситуацию, и уточнила:

– Может, знакомые, соседки? Или она в доме одна? Сколько вашей дочери?

Слезы навернулись на глазах у Ольги, и она даже слова не смогла сказать, лишь отрицательно кивнула, а потом все же прохрипела:

– Два года шесть месяцев.

Елена Петровна нахмурилась и поинтересовалась:

– В вашем доме есть стационарный телефон, чтобы проверить есть ли кто там?

– Да, – с надеждой выдохнула женщина. – Есть. Запишите…

Услышав нужные цифры, Завольская сразу же ввела их в телефон и набрала.

Гудки шли, но никто не брал. Гинеколог позвонил несколько раз и, наблюдая панику в глазах матери, успокаивающе сказал:

– Вы не переживайте. Я сейчас проведу обход и вновь позвоню. Полежите. Побольше пейте воды… – женщина посмотрела по сторонам и добавила: – Так, вы же поступили без сознания. Ладно. Я скажу медсестре, и она принесет сладкий чай. В столовой должен был остаться, как и посуда. Отдыхайте. Температуру не забудьте проверить! Я зайду на обратном пути.

Латрова с тревогой смотрела женщине вслед, не зная, что и думать. Она не находила себе места, беспокоясь за свою девочку. А если… приходила свекровь?! Наталья Андреевна так их ненавидела, что даже в такой момент трагедии не упустит возможности унизить и обидеть ее маленькую девочку.

Чем больше думала, тем сильнее беспокоилась, не находя себе места. Через час гинеколог так и не пришел. Ольга вся издергалась, нервничая и накручивая себя. Все мысли были о дочери.

Где она? Что случилось после того, как она потеряла сознание? Кто вызвал бригаду?

Если позвонили в скорую, то кто-то был дома. Дверь она не закрывала, Оля точно помнила. В тамбур могли зайти только те, у кого есть ключи. Либо соседка, либо свекровь, других вариантов нет. Людмила Алексеевна рано утром уходит и, скорее всего, ее уже не было. Значит…

С каждой минутой Латрова все больше убеждалась, что ее малышка находится у злобной мегеры.