Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Видимо, прав тот, кто сказал, что по-настоящему ценить мы начинаем только после того как потеряем что-то. Я еще не потеряла МиКрейт, но судя по всему, все к этому идет…

— Я понял, — говорит Марат, легко прочитав мои мысли. Его руки лежат на моих предплечьях и от этого по всему телу расходятся мягкие теплые волны. Он ловит мой взгляд и улыбаясь произносит:

— Да, я смогу тебе помочь.

— Без рисков для твоей компании? — уточняю строго.

— Без огромных рисков для моей компании, — уклончиво отвечает он. — Большой бизнес это всегда большие риски, принцесска.

— Но я не хочу чтобы ты продавал часть своих активов, чтобы покрыть долги МиКрейта.

— Скорее всего и не придется. Точные цифры знает только Ковальский, но вполне возможно, что нам удастся обойтись малой кровью.

— Малой кровью? — мои глаза непроизвольно округляются примерно представляя о какой сумме идет речь.

— Я не все вкладывал обратно в бизнес, — пожимает плечами Марат. — Свободных денег у меня тоже достаточно.

— Откуда, Марат? — задаю вопрос, мучающий меня уже больше восьми лет.

Когда мы встречались у него не было дома, не было авто, зато на мой день рождения он подарил мне подвеску с балериной стоимостью в несколько сотен тысяч рублей. И это было лишь одним из его подарков. — Откуда у тебя деньги?

— Это долгая история, — со вздохом произносит Марат, а я прикладываю все усилия для того чтобы не показать своё разочарование. Чего я удивляюсь? С чего я, вообще, взяла, что он вдруг решит рассказать мне о своём прошлом?

Я уже открываю рот, чтобы пожелать ему спокойной ночи и отправиться спать, когда он с улыбкой, хоть и грустной, продолжает: — Поэтому если ты всё-таки хочешь ее услышать, лучше нам заварить еще кофе.

Глава 62 Марат

Я знал, что рано или поздно этот момент настанет. Восемь лет назад я был уверен, что эта информация будет лишней, шесть лет назад я решил, что никто и никогда не узнает что тогда произошло. Но сейчас, когда я точно знаю, что ложь и молчание нас никуда не приведут, я понимаю, что тянуть больше некуда.

Да, мои слова, наверняка, причинят ей боль, но что-то мне подсказывает, что мое молчание будет больнее.

— У меня были не самые лучшие отношения с отцом, — ставлю перед ней большую чашку кофе и на автомате добавляю сахар с молоком как она любит. — Впрочем, думаю, ты об этом уже догадалась. Он был правой рукой Шамана, это главный поставщик наркоты на все СНГ в то время. Клиентов у них было много, врагов еще больше.