Бран кивнул, принимая мои слова, но перебивать или торопить с рассказом даже не пытался.
– Пропуская через себя энергии мира, ведьмы испытывают откат. Это происходит всегда. Им нужно время, чтобы восстановиться, они даже могут надолго лишиться возможности колдовать.
– Почти как и маги, – проговорил Бран. – Но нам, наверное, даже проще. Мы знаем свой резерв, чувствуем его, и, если не тратить всё подчистую, он быстро восстанавливается.
– Да, – я чуть улыбнулась, радуясь открытому интересу своего странного собеседника.
– Иногда… очень редко… среди ведьм рождаются так называемые «хранительницы». Они не просто намного сильнее сестёр по дару, нет. Они могут пропускать через себя потоки, способные менять мир. Мне рассказывали про ведьму Зафиру, которая могла сделать так, чтобы лето наступило среди зимы, умела двигать горы, изменять русла рек, пробуждать вулканы и даже за день вырастить целый лес. Но она же однажды сровняла с землёй крупный город и потопила больше сотни кораблей. Она обладала настолько сильным даром, что её сравнивали с богами.
И наступил момент, когда эта ведьма решила, что она сильнее богов. Зафира сошла с ума… чуть не уничтожила половину континента. И сделала бы это, если бы её не убили маги. Примерно с тех пор ведьм и опасаются. А прошло уже около пятисот лет.
Бран смотрел на меня и молчал, а в его глазах сияло осознание. Кажется, он уже понял, к чему я веду, и теперь просто ждал, пока озвучу это вслух.
– Так вот, – проговорила, снова глянув на огонь. – Я – хранительница.
Мой дар огромен, поэтому ни одна ведьма не взялась меня учить. Слишком большая ответственность. Одна из них, та самая, которая рассказала мне правду, советовала поехать в Ферсию. Ведь именно там сейчас живёт единственная известная на настоящий момент хранительница. Ей больше двухсот лет, она преподаёт в академии в Карсте. И помочь мне разобраться с даром может только она.
– Почему тогда ты не уехала раньше? – поинтересовался Оникс.
– Одна, в чужую страну, где давно царит беззаконие? – спросила я с горечью.
– Я испугалась, да и папа не хотел отпускать. Ирена сказала, что, если даром не пользоваться, он постепенно потухнет, станет, как у обычной ведьмы, и я решила, что это отличный выход, и старалась сдерживать его, как могла. Но мне противопоказаны сильные эмоции, потому что они всегда приводят к всплескам силы, а последствия этого ужасны. А ещё Ирена сказала, что мне ни в коем случае нельзя влюбляться, хотя бы лет до тридцати, пока дар не успокоится.
