Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Видит Бог Моря, я не врала, когда говорила, что люблю тебя!

− Тогда почему ты собралась сбежать?! – взревел Энрар. – Тебя тоже отравили чем-то, что отшибает голову целиком?

− Нет, − простонала Вилия, зажимая рот рукой. – Я не представляла, как вообще жить дальше после всего.

Энрар выдохнул. Видеть слезы в ее глазах, понимать, что она страдает, и совершенно не понимать почему, было невыносимо. Подумав немного, он вдруг понял, что всё смыкалось на бароне, оскалился и вдруг заявил:

− Я знаю, как избавить тебя от мучений.

− Рар, − испуганно прошептала Вилия, понимая, что он шагнул к двери. – Энрар, умоляю, убей меня, но не трогай никого, прошу тебя! Это я во всем виновата!

− Нет, если кто и должен умереть, так это барон Мардо, − ответил Энрар и тут же вышел.

Он слышал, как Вилия кричала ему вслед, как пыталась бить по прутьям клетки и рыдала в голос, обвиняя во всем себя. Энрар же винить ее ни в чем не мог. В Эштаре считают, что женщина − отражение мужчины, которому она принадлежит − сначала отца, затем мужа.

Капитан стражи был уверен в верности данного суждения и потому не сомневался, что нужно просто избавиться от отца своей жены.

Глава 26 – Ради любви

Девин Мардо удивленно открыл глаза, услышав, как открылась дверь. Для обеда было слишком рано, а Крайд уже успел почтить его своим видом и уйти с отказом. Барон надеялся, что на этом его оставят в покое. Ему хотелось просто посидеть в тишине и помолиться, понимая, что завтра к полудню его, скорее всего, поведут на казнь.

"В камеру два солдата внесли гроб и поставили его у противоположной стены. Такого барон никак не ожидал. Встав на ноги, он нервно сглотнул подступивший к горлу ком и постарался придать своему лицу невозмутимый вид.

− Заприте меня с ним, − велел Энрар, заходя в камеру.

Он старался не смотреть на барона. Ему хотелось просто убить этого человека. Его упрямство раздражало и выводило из себя. Он мог бы при желании в пару ударов размозжить голову аристократа о каменную стену, но помнил, что это сделает больно Вилии.

Ее слез он не хотел, потому просто сел на крышку гроба, уперся локтями в колени и задумчиво прошептал:

− Не понимаю, почему вы предпочитаете прятать тела в этих ящиках. Мы своих мертвецов сжигаем, чтобы их души не оставались в теле и быстрее могли вернуться в Эштар.

− Это очередная попытка надавить на меня? – спросил барон, узнав мужчину, но не понимая, зачем здесь гроб и к чему все эти слова о традициях.