Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

А ты?

Его губы скривились от смеха.

– Понятия не имею. Но няня – ты, так что это твоя, а не моя обязанность. Помню только, что, будучи недовольна найденным, она потчевала нас мускатным орехом и семенем аниса и петрушки.

Он поспешно поклонился и ринулся к двери, словно опасался, что Эмма чем-нибудь в него запустит. За неимением подходящих метательных снарядов под рукой она ограничилась смехом.

– Если я найду какой-то непорядок, то призову на помощь тебя, – крикнула она ему вдогонку.

– Увы, я подхожу к ночному горшку только тогда, когда потребность возникает у меня самого.

После его ухода Эмма прогулялась по своим чудесным апартаментам, умылась и улеглась отдохнуть на низкую широкую кушетку с подушками цвета нефрита. Она была слишком возбуждена, чтобы уснуть, к тому же в комнате оказалось чересчур душно. Эмма вернулась в гостиную. Здесь было сумрачно, тихо и не так жарко. Тем не менее она не могла найти себе места. До вечера оставалось еще слишком много времени, а размышлять о состоявшемся только что разговоре с Сикандером ей не хотелось.

Погрузись она в размышление, и, чего доброго, передумала бы, еще раз направив свою жизнь по новому руслу. Да, она согласилась на роль любовницы и теперь в нетерпении ждала первой совместной ночи в новом доме. Но правильное ли решение она приняла?

В его присутствии трудно было рассуждать здраво: она могла думать только о наслаждении от его поцелуев, объятий, любви. Ее чувства были обострены, и она утратила способность сдерживать их, из чего следовало, что она будет убита горем, если у них что-то не заладится.

Во всех случаях ей не следовало расставаться с намерением отыскать Уайлдвуд. Испорченный документ еще не повод для отказа от всяких попыток. Да, мужчина, который ей глубоко небезразличен, предложил ей свой кров, но из этого еще ничего не следует. Ее мать тоже решила, что нашла в индийских дебрях любовь, – и к чему это ее привело? Положение любовницы крайне ненадежно.

Сикандер обещал о ней заботиться, но если они все же расстанутся, перед ней опять встанет проблема, куда деваться. Вернуться побитой в Калькутту в надежде, что Персиваль Гриффин польстится на подержанный товар? Нет, это немыслимо!

Прочь иллюзии! То, что связывает ее с Сикандером, слишком хрупко. Ей хотелось верить, что это будет длиться вечно и их счастью ничто не помешает, однако уповать только на это было бы слишком легкомысленно.