Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Знаменитый пилот исчез вместе со своим кораблем, и никто не знал, где он и что с экипажем «Этлона». Их искали, но поиски не дали результатов.

«Великий прорицатель Ацтлана предсказал, что Эуль будет найден и возвращен, — вспоминал правитель, живо представляя себе престарелого Темоку в золотом шлеме с горящими „глазами“ из зеленого хрусталя, символизирующими Вездесущее Око Бога. — Старик ошибся. Что ж, и прорицатели иногда ошибаются…»

Планета Земля. Калаихум. Наше времяВ калаихумской гостинице пахло пылью и старой мебелью.

В открытые окна врывался ветер, но почти не приносил прохлады. Кондиционеров не было.

— Душно, — пожаловалась Ангелина Львовна.

— Нам нужно поговорить, — невпопад сказал Калитин. — Хочешь чаю?

— Хочу. И в душ хочу.

Горячей воды не было. Из крана вытекала жиденькая теплая струйка, но помыться все же удалось. Закревская обернула голову полотенцем и в таком виде уселась за стол. Марат налил чай в желтые пиалы."

"— Разговор будет долгим, — предупредил он. Она рассердилась.

— Что ты тайны устраиваешь? — возмутилась она.

— Уезжал, ни словом не обмолвился куда. Позвонил, опять промолчал, в чем дело. А если бы я не приехала? Душанбе — не ближний свет. Не говоря уже об этом… Калаихуме. Я думала, в автобусе из меня все внутренности вытрясет. Дорога кошмарная!

— Прости… — улыбнулся Калитин. — Я очень хотел тебя увидеть. Не мог вынести разлуки.

Он что-то скрывал от нее, и она рассердилась.

— Какие у тебя здесь дела? Скажешь, решил открыть в Таджикистане фотостудию?

Марат засмеялся.

— Нет, конечно.

— Зачем же ты сюда ехал из Москвы? Меня вызывал? Что происходит? Почему вдруг тебя стали звать Алексеем Юрьевичем? Что за дурость?

— Так надо, — он сделал неопределенный жест. — Видишь ли… я — член комиссии по расследованию взрыва в туннеле.

Ангелина Львовна перестала пить чай и отодвинула от себя пиалу.

— Какого взрыва? — спросила она. — В каком туннеле? Я ничего не понимаю…

— Через Язгулемский хребет прокладывают автомобильный туннель. Между прочим, и проект, и строительство частично финансировал Ревин.

— Так он, наверное, поэтому и прилетел в Душанбе, — с облегчением вздохнула Закревская. — А я-то испугалась, напридумывала всего. Как все просто, оказывается. Ты знаешь, когда я его увидела в самолете, у меня душа в пятки ушла…

— Думаю, все далеко не так просто.

— Да! — спохватилась она. — Почему у тебя другое имя? И с какой стати тебя назначили членом комиссии? Таджикистан, между прочим, чужая страна.