Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

"Спустя некоторое время я вышла из комнаты все с той же тарелкой — может, предложить ребятам прямо в кабинете им еще одну микроволновку поставить, чтоб не бегать в случае чего? Мысль улыбнула, и я так и зашла на кухню, представив, как выгляжу со стороны: раскрасневшаяся, слегка растрепанная, и, в общем, несложно догадаться, что мы не погоду обсуждали. Данька обернулся, наши взгляды встретились, и, признаться, на секунду сердце дернулось, я замерла, напряженно ожидая реакции. Он же перевел глаза на тарелку, шагнул ко мне и забрал, невозмутимо поинтересовавшись:

— Как он там, к вечеру выползет? — щелкнула дверца микроволновки, аппарат мягко загудел.

— Да, сказал, завтра сдаться хочет, чтоб уже на выходных ничего не мешало, — как можно непринужденнее ответила, тихо порадовавшись, что Данька не стал ехидничать или иронизировать в своей манере.

Удивительно даже, как точно он чувствовал, когда это уместно, а когда не очень. Поддавшись порыву, я подошла к нему со спины и обняла, прижавшись и зажмурившись, в груди стало тесно на несколько мгновений.

Пальцы Даньки погладили мои ладони, я услышала тихое хмыканье.

— Спасибо, — тихо пробормотала и потерлась носом об его плечо.

— Все в порядке, Риша, — непривычно мягко ответил он, развернувшись и обняв меня в ответ, чмокнул в макушку. — Ну что, готовим дальше? — весело поинтересовался Даня.

И мы продолжили, да. Леха присоединился к нам уже почти к семи, помог накрыть в кухне — только тут имелся большой стол, за которым мы все уместимся.

Я старалась дышать ровно и не поддаваться волнению, щекотавшему изнутри и бросавшему то в жар, то в холод. Несмотря на все заверения Даньки, что родня у него мировая, и все будет нормально, нервняк не проходил. И когда из коридора донесся приглушенный звук домофона, я вздрогнула и порадовалась, что ничего не держала в руках, иначе точно бы выронила и разбила.

— Ага, пришли, — радостно изрек Данька и умчался открывать.

Леша же подошел, обнял и слегка прижал к себе.

— Расслабься, никто тебя есть не собирается, — с тихим смешком произнес он, коснувшись губами виска.

Легко ему говорить. А я все равно нервничаю. Те несчастные несколько минут, что родители Даньки поднимались к нам, тянулись для меня нескончаемо, а услышав голоса из коридора, паника достигла критических значений. Но деваться все равно некуда, поэтому нацепляем улыбку, Айрис, и морду кирпичом, что так и надо.

— А вот и мы, — весело возвестил Даня, заходя на кухню, и следом за ним гости.