Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Пытаюсь встать, но тело не слушается.

— Вам этого хотелось? — сердце клокочет от боли. Начинается истерика.

— Где, твою мать, я спрашиваю, ты был? — кричу в ярости. Моя голова мечется по подушке

— Ааааа, уходи! — плачу в отчаянии. Мне хочется биться головой о стенку. Хочу все забыть. Как мне с этим дальше жить.

— Уходи, ненавижу. Всех вас ненавижу — бьюсь головой о подушку. Забегает моя мама, врачи. Вижу, что мама подходит к нему даёт пощёчину. А он смотрит только на меня. И, наконец, уходит. Врачи проверяют мой пульс, глаза.

Чувствую лёгкий укол в области руки. Образы медиков расплываются. А позади них, стоит моя любимая мамочка. Она в слезах прикрывает рот руками. Ее любимый взгляд — вот, что я вижу последнее.

ГЛАВА 25

МАРКУС

Когда семь лет назад я думал, что проживаю восемь кругов ада и моя боль режет меня живьём. Боже, как я заблуждался. Это было ничто по сравнению с тем, что происходит сейчас со мной. Смотреть, как твоя любимая женщина горит в агонии, как разбит и разрушен её внутренний мир.

И этому поспособствывал ты сам. Для меня это стало настоящим чистилищем. Я горел вместе с ней. Чувствовал каждой клеткой тела её боль, страх и безысходность. Когда она распахнула свои прекрасные зелёные глаза, там была жуткая, пугающая пустота. Безразличие ко всему и всем. Лучше бы она презирала и ненавидела, чем ее полное равнодушие."

"Я ехал в дачный дом после разговора с Надеждой. Был на седьмом небе. Она мне многое поведала о том, что было седьмого августа семь лет назад.

Когда Талию засняли в кровати с Эдом. Я не сомневался, что мой братишка — ублюдок. Но такого вероломства я не ожидал. Все, что рассказала Надя, изначально повергло меня в шок. А потом я как дурак лыбился на все свои тридцать два белых зуба.

— Поверь, Маркус, в тот день на вечеринке Талия горько плакала. Она говорила о каком-то видео, где ты был заснят с другой девушкой. Мы все пытались ее успокоить и вразумить, что это, может быть, ошибка нелепая. Чей-то розыгрыш? Но Талия не могла никак успокоиться.

И мы подозревали о том, что видео показал ей Эд. — воспоминания разговора приходит в голову.

— Она повторяла только твоё имя. Далее Эд стал выгонять всех из комнаты. Я не хотела ее оставлять с ним, но он меня выгнал. Дал ей воды успокоиться. И Талия сразу начала засыпать. Эдуард её накачал чем-то понимаешь, Маркус? Я с ним вцепилась. Какого чёрта делает? А он мне ответил, что это обычное снотворное, и она без него не сможет никак успокоиться.