Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

В моей голове, кажется, произошел разлом. Адам не шутил. Меня пытались убить… На самом деле. Это не была шутка. В эту секунду я узнала, что на самом деле значит выражение “кровь отхлынула от лица”. Мои руки задрожали.

–Все, все, – Адам обнял меня и прижал к себе. – Все, больше ничего подобного не повторится. Они больше не потревожат тебя. И Елизавета тоже.

Уж простите вашу покорную слугу, но я разревелась. Накатило и погрузило в мокрое забытье. Эмоциям был необходим выход. Вот сколько мы видим по телевизору, в кино, как могущественные люди заказывают чье-то убийство.

За какие-то часы мы готовы просмотреть массу подобных сцен. Но насколько это страшно, когда это происходит в жизни и на роль жертвы, того самого трупа, выбирают тебя.

О, спасибо тебе великодушный распределитель кармы! Спасибо, что трагедию, ты легким движением своей руки с прекрасным маникюром, превратил в комедию!

–Тебе на самом деле очень повезло, – как будто прочитав мои мысли, сказал Адам.

– Обещай, обещай мне здесь и сейчас, что больше никуда без меня!

–Обещаю, обещаю, обещаю, – всхлипывая, повторяла я.

И почему наш мозг включает чувство самосохранения только тогда, когда беда уже прошла стороной?

–Что с ними будет? Их… посадят?

–О, тебя волнует судьба этих подонков? Не волнуйся, они умрут счастливыми. Скоропостижно.

–Что? Адам…

–Маша, такие существа, с позволения сказать, сами себя уничтожат. И оружие для этого они добровольно выпрашивали. Я всего лишь распорядился дать то, что просили.

Большую дозу. А как ей воспользоваться – они сами решат.

Мне нечего было сказать на это. Я не была согласна с такими мерами. Но благоразумно воздержалась от комментариев.

Адам привез меня в свой пентхаус. До самого дома мы больше не разговаривали. Ужас от последних событий сковал меня покрепче любой цепи. Не был ни сил, ни желания обсуждать это. Шаров всю дорогу держал свою руку на моем колене, как будто хотел даже здесь, даже рядом с собой, защитить ото всего.

Передав меня в заботливые руки Ивана Константиновича и Вовки, а также трех охранников, и это не считая тех, что сидели на входе в здание, Адам ничего не объясняя, уехал.

Я решила покориться обстоятельствам и порадоваться тому, что пока осталась в этой жизни и могу опять видеть своего сынульку.

Мне не удалось самостоятельно остановить поток тихих слез и добрый помощник Адама дал мне какую-то чудо таблетку.