Будет по-моему читать онлайн

Среди них были и нормальные мужики, которые сейчас работают в команде отца. Они и помогли с адвокатами. Юристы сделали все что смогли, отцу дали пять лет, доказав, что двойное убийство было совершено в состоянии аффекта и по неосторожности.

Я чувствовала его боль, мне хотелось плакать. В один миг невинные дети остались одни. Лишились самого главного – родителей, любви и заботы родных людей. Я не понимаю, как бабушка с дедушкой могли от них отказаться? А тети? Дяди?

Звонок мобильного заставил отвлечься.

— Ответь, это могут быть родители.

— Марфа, — глядя на экран телефона. Что ей надо?..

Глава 20

Злата

— Ответь, — произнес Макар, кивая на телефон. Он заметил на экране имя бывшей соседки.

— Не хочу с ней разговаривать, — мне этот человек стал глубоко несимпатичен.

В такой момент, когда Макар обнажил передо мной душу, прерывать разговор и отвлекаться на Марфу я не стану.

— Мне интересно, что она скажет.

— Не хочу с ней общаться, — отключив звук, убрала телефон в сумку. Есть люди, которые не ценят добра. Марфа из таких, поэтому мое отношение к ней сильно изменилось, чувства вины по этому поводу я не испытываю.

Макар притянул меня к себе, обнял, прижал. В салоне вновь повисла тишина. Ему нужно было время, чтобы собраться и продолжить. Мне хотелось его остановить.

— Мы попали в детдом, — заговорил он. — Мы были подростками, которые ненавидят весь мир. Которые из золотых хором и обеспеченной жизни попали в государственное учреждение, где ты не человек, а крыса. Где тебя кормят невкусной едой, которую есть невозможно. Ты ненавидишь всех, а тебя ненавидят еще больше. Потому что завидуют, потому что хотят сломать, а не получается.

Я могла только представить, как это все происходило. На самом деле страшно оказаться на месте тех мальчишек. Страшно остаться одним во враждебном мире."

"— Мама была мертва, а виноват в этом папа. Тогда мы не знали подробностей убийства. Отец был для нас подонком, мы его ненавидели, — чуть сильнее прижимая к себе, будто стеснялся своих слов. — Бабка с дедом от нас отказались. Выродки убийцы – так она нас называла. А это родные люди.