Будет по-моему читать онлайн

Ее руки на моих плечах, ноги поднимает, сгибает в коленях, когда я аккуратно толкаюсь.

«Только бы не сорваться!» — повторяю себе. Перед глазами вспыхивает темнота, мозг вырубается. Пытаюсь растянуть ее узкую дырочку.

— Золотинка, будет больно, тормози меня, — хрен она сможет меня тормознуть, но так ей должно быть спокойнее. — Разрешаю бить кулаком в нос, — понимаю, что ее удары я не почувствую. Это Златке кирпич в руки надо вложить, чтобы она меня остановила.

Упираясь коленями в матрас, толкаюсь в Золотинку.

— Злата, смотри на меня. Сейчас станет легче, не вырывайся, — нахожу в себе силы, чтобы ее успокоить.

Она такая тугая и горячая… Член просто в раю. Он пульсирует и требует двигаться.

— Ты такая красивая… Самая красивая у меня… — шепчу нежности, добавляю пошлости. — Научу твою киску течь от одного моего взгляда. Она постоянно будет в моей сперме… — опускаю голову и втягиваю сосок в рот.

Как только Златка перестает сжиматься, отпускает из своих коготков мои плечи, плавно толкаюсь… еще раз… еще…

Какое-то время контролирую себя, но когда Златка подо мной кончает, срывает все болты, которые удерживали контроль. Я врываюсь в нее, вжимаю в себя…

Успеваю выйти в последний момент. Закинув голову назад, я переживаю сладкую смерть…

Злата

— Я ведь просил не звонить! — рычит Кайсынов. Застываю наверху лестницы. На кого это Макар злится?

Раздаются женские голоса, которые искренне извиняются за то, что забыли о просьбе Кайсынова не звонить в дверь.

В гостиную входят девушки с пакетами, за девушками два амбала, в руках куча одежды в чехлах. Стройным шагом направляются к диванам.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Макар, это что? — спускаясь на несколько ступенек, смотрю, как раскладывают вещи в лаундж-зоне.

— Разбудили? — переводит недобрый взгляд на вошедших.

— Нет, я сама проснулась, — улыбнувшись. Нужно успокоить моего дикого зверя, который так рьяно оберегал мой сон. По его вине я заснула лишь под утро, но претензий у меня нет. Это была яркая и запоминающаяся ночь. Такой ее сделал Макар. — Даже если бы меня разбудили, я бы не была в обиде. Время – полдень, — продолжая спускаться.