Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Здесь уже стоят машины Димы и Ромы. Раньше они приезжали на одной, но сейчас, видимо, место Димы занимает Карина.

Посмотрев в зеркало, поправляю волосы, хватаю сумочку с переднего сиденья, выхожу из автомобиля и гордой походкой иду ко входу. В помещении уже не слышно звуков работающих инструментов, и я, заглянув за ширму, с удивлением замечаю, что самое сложное уже сделано.

Свернув в коридор, ведущий к кабинетам, слышу неразборчивые крики. Не успеваю пройти и половины пути, как дверь кабинета боссов резко распахивается, и оттуда выходит покрасневший от злости Рома.

"Я застываю, словно камень, когда он, заметив меня, долго прожигает взглядом. Начинаю думать, что его гнев направлен на меня, но, двинувшись с места, Рома проходит мимо, оставляя после себя только шлейф туалетной воды. Неосознанно прикрываю глаза и вдыхаю этот запах, на миг вернувшись в прошлое, где меня грели его объятия.

– Поля, – раздаётся голос Димы, и я резко открываю глаза. – Доброе утро, – с широкой улыбкой, в неизменной белой рубашке и узких штанах, он направляется ко мне, такой импозантный и привлекательный.

Без стеснения обнимает, прижимает к себе и наглым образом целует. Не пытаюсь сопротивляться, а наоборот, обнимаю его за шею и целую в ответ.

– Я уже соскучился, – шепчет он, разорвав поцелуй.

А я смотрю, поджав губы, и понимаю, что после стольких ночей вместе, прошлая ночь без него казалась холодной, а постель пустой. Значит ли это, что мне не хватало Димы? Что я тоже успела соскучиться?

– Что у вас здесь происходит? – спрашиваю, кивнув в сторону выхода из ресторана, куда ушёл Рома.

Глава 42

Рома

Несколько дней назад

«Прощай, Рома» – эхом раздаются в голове слова Полины снова и снова, словно заезжая пластинка. Она поставила точку, решила закончить толком и не начавшиеся отношения. Кого винить будем, Рома? Кто, блять, виноват, если не ты?!

Эта поездка оставила горькое послевкусие, хотя всё должно было быть по-другому. Но я забыл, что Полина другая, что она не растает от пары ласковых слов. Да её, мать вашу, даже признание в любви не тронуло! И нет, она не бездушная и бесчувственная.

Она просто гордая и знает себе цену, за что я только сильнее её уважаю.

В каком-то смысле Полина права, что не стала прыгать мне на шею, как только я сказал о своих чувствах вслух. Но чёрт возьми! Я впервые это сделал! Я впервые втрескался по уши! Да, надо было ехать к ней уже будучи свободным, но я не мог дать девушке ещё больше времени, чтобы окончательно меня возненавидеть.