Цена согласия читать онлайн

Не знаю, какой у Гончарова принцип и почему он никого не впускает в свою постель, но спать вдвоем — это тепло, приятно и удобно.

В следующий раз я просыпаюсь, когда комната погружена во мрак. Кондиционер работает уже тише, и открыты створки окон. Костя лежит на животе, свесив одну руку на пол. Несколько минут я наблюдаю за ним, а потом тянусь и глажу его плечо ладонью, ловя себя на мысли, что мне нравится Гончарова трогать и смотреть, как он спит."

"Кажется, Косте тоже. Перевернувшись на спину, он берет мою руку и кладет ее себе на голову.

— Если бы он ее сейчас столкнул, то потом, с большей долей вероятности, выжил бы. Ну или вместо протянутой руки, когда она в начале фильма поскользнулась и едва не упала, надавил бы ботинком на вторую, — говорит Костя хриплым голосом.

— Он не выбирал. — Высказывание Гончарова вызывает у меня волну неприятия. — Хорошо, что ей Джек попался, а не ты.

— Думаешь? Она бы не успела понять, что к чему. Сколько они были знакомы? От силы пару дней? Почти как мы, прежде чем стать мужем и женой, — продолжает он свои умозаключения.

Собираюсь возразить, но останавливаю себя, задумавшись о том, что если это проекция на нас и наши отношения, то из нас двоих ко дну пойду я?

— Вообще-то это фильм о любви, а не о гангстерских разборках, — пытаюсь говорить спокойно.

— А что-нибудь поинтереснее есть?

— Хочется посмотреть этот фильм. Давай вместе? — предлагаю я. — За окном все равно ночь. А потом я приготовлю ужин или закажу что-то из доставки. Ты голоден?

— Нет, я пока не голоден. Давай посмотрим вместе, — как-то подозрительно быстро соглашается Гончаров, и через десять минут я понимаю почему: он опять засыпает.

Сначала я хочу толкнуть его в бок и уличить во лжи, но вместо этого располагаюсь у него на груди и досматриваю фильм одна, наревевшись на последних сценах до боли в глазах и заложенного носа.

Все-таки Костя не прав в своих суждениях, либо больше не верит в любовь. Шанс у ребят был, если бы Роза залезла в шлюпку. Тогда бы Джек думал не о том, как спасти ее, а спасал бы себя. Ради нее.