Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— И правильно поделить с нечестивой Францией церковь Рождества Христова в Вифлееме. Не просто альтруизм, а достойный восхищения альтруизм!

— Память у тебя хорошая, — признал дядя Костя, — но это не смешно!

— Да уж, не до смеха! Я слышал, что дедушкин министр финансов Канкрин привел бюджет в порядок и ввел обмен бумажных рублей на серебро. Всё пустили под откос с началом войны?

Константин Николаевич зло бросил на дорожку возле террасы недокуренную сигарету и закурил новую.

— Да, Сашка! Ты совершенно прав! С началом войны обмен денег на серебро практически прекратился, а бюджетный дефицит к концу вырос более, чем вдвое.

— И деньги наверняка хранили за границей, — предположил Саша. — Во вражеских банках. Во Франции? В Англии? Я угадал?

— В Банке Англии, — кивнул дядя Костя. — Но мы их спасли. Через три дня после начала боевых действий, до вступления Англии в войну, наш посланник в Лондоне Бруннов подал заявление о выводе всех средств.

— И вернули? — спросил Саша.

— Да, — кивнул дядя Костя, — в полном составе.

— Салют Бруннову! Или дедушка сам догадался?

— Догадался, естественно. Надо быть полным кретином, чтобы не догадаться!

— Но почему с заключением мира ситуация не улучшилась? — спросил Саша. — Даже стало хуже ведь, да?

Дядя Костя кивнул и затянулся.

— Рейтерн объясняет это так. Ещё до войны Россия стала крупным поставщиком хлеба в Европу. При этом по Балтийскому морю везли рожь, а по Черному — пшеницу. С началом войны экспорт пшеницы практически прекратился. И Европа переориентировалась на поставки из Североамериканских штатов.

В результате в Америке случился экономический бум и небывалый рос инвестиций в строительство железных дорог. И возник финансовый пузырь на рынке железнодорожных ценных бумаг.

— Теперь понятно, кто погрел руки на Крымской войне.

— До поры до времени, — возразил дядя Костя. — После заключения мира наша пшеница вновь хлынула в Европу, и цены упали.

А Саша подумал, что пшеница — это нефть 19-го века.

— Экспорт американской пшеницы снизился, — продолжил Константин Николаевич, — и у них обанкротилась старейшая зерновая компания Wolfe and Company, и вслед за ней прекратил платежи один из банков штата Огайо.

В довершение всего во время урагана затонул корабль «Центральная Америка» с грузом в 20 тысяч фунтов золота.

Саша прикинул в уме, что это где-то 13–14 тонн."

"— В результате американцы начали забирать вклады из банков, — сказал дядя Костя. — И банки посыпались один за другим.