Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Плесень — это наши с Николаем Ивановичем дела, — объяснил он. — Пытаемся создать лекарство от… много чего. Там про школы. Я думаю, что по воскресеньям помещение школы имени Магницкого будет всё равно пустовать, и там можно открыть такую же школу.

Елена Павловна задумалась.

— Конечно, это будет очень простая публика, — признался Саша. — Может быть, даже крестьяне, не только ремесленники и рабочие. Но, наверное, не очень много. В школе Магницкого всего-то десять человек.

— Я согласна, — сказала Мадам Мишель. — Даже, если их будет сто.

Но нужно разрешение попечителя учебного округа.

— Кто сейчас?

— Иван Давыдович Делянов, я могу ему написать.

— Я бы хотел с ним познакомиться, — сказал Саша. — Думаю, всё равно придётся взаимодействовать.

Елена Павловна написала попечителю записку и отправила с лакеем.

И села с гостями пить чай.

— Кто такой Делянов? — спросил Саша. — Что о нём известно?

Саша подумал о том, что хорошо бы заказывать досье сразу у Третьего отделения. Нет, ничего плохого. Но надо же понимать, что за человек, с которым ты собираешься вести дела.

Он уже год занимается кустарщиной, расспрашивая знакомых. А так бы сразу папочка.

Но он оставил эту мысль при себе.

— Делянов — армянин на русской службе, — сказала Елена Павловна."

"К армянам Саша относился с симпатией, как к древней христианской нации, склонной к интеллектуальной деятельности. Да и в 179-й армяне водились.

Но информации было маловато, и фамилия незнакома.

— Что окончил? — спросил Саша. — Где служил?

— Юридический факультет Московского университета, если не ошибаюсь, — сказал Гогель.

— Звучит достойно, — прокомментировал Саша.

Общая альма-матер, значит.

— Служил во Втором Отделении, — добавил Гогель.

— Кодификация законов? — поинтересовался Саша. — Под началом Сперанского?

— Точнее не знаю, — сказал гувернёр. — Но возможно. Мог застать.

— Весьма образован, — добавила Елена Павловна, — кроме немецкого, французского и латыни, знает английский.

Ответ от Делянова Саша получил только вечером: Мадам Мишель переслала его в Царское село.

Попечитель писал, что очень польщён и будет безмерно счастлив принять Великого князя на следующий день в субботу 10 октября или, когда Его Императорскому Высочеству заблагорассудится.

— Утром делать визиты не вполне прилично даже для Великого князя, — поучал Гогель. — Так что лучше после двенадцати.

Попечитель жил на Невском проспекте в доме номер 40, что напротив Гостиного двора, рядом с армянской церковью Святой Екатерины.