Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Этим именем я звал ее сразу после женитьбы, а теперь она слишком важная персона. Кассандра, она всю жизнь делала то, что ей нравится. Она звезда! Тебе известно, что даже этот дом принадлежит ей? Я никогда не пытался с ней соперничать, даже в молодости. Когда этот итальянец надоест ей, она, не задумываясь, бросит его. Мне это не в новинку, сто раз видел.

– Я не понимаю тебя, – тихо сказала Кэсси.

– И не надо, дорогая, – спокойно отозвался отец. – Думай о Джордане. Кстати, он вряд ли позволит тебе думать о ком‑нибудь еще, – улыбнулся он, ероша ей волосы.

И сразу же она вспомнила, как совсем недавно ее волосы ерошил Джордан. Он бы, наверно, и на сцене прекрасно выступил с такими незаурядными актерскими способностями.

В эту минуту на пороге появилась ее мать, за которой с каким‑то потерянным видом следовал Луиджи.

– Так, так! – с многозначительной насмешливостью воскликнула она. ‑Придется мне почаще наведываться сюда, чтобы знать, отчего это вы оба выгладите такими довольными.

Что же вы тут замышляете, милые мои заговорщики?

– Мы всего лишь говорили о человеческой психологии, обсуждали характер кое‑кого из знакомых, – с откровенным цинизмом заявил ей отец."

"При этих словах в зеленых глазах Лавинии вспыхнула холодная настороженность. И Кэсси почему‑то вдруг пожалела Луиджи. В нынешних обстоятельствах ему досталась весьма жалкая роль. Непонятно, зачем он вообще нужен Лавинии, ну разве только по самой банальной и очевидной причине.

Кэсси снова передернуло от отвращения, после чего нужные слова пришли к ней сами собой. И она долго говорила о Джордане, чувствуя молчаливую поддержку отца, который, к ее большому облегчению и еще большему удивлению, тоже читал его книги.

Глава 4

Когда Кэсси вошла в гостиницу, где поселился Джордан, и огляделась по сторонам, она снова, в который раз с благодарным чувством подумала о его предусмотрительности. Как и следовало ожидать, ее мать очень удивилась, что Джордан решил остановиться в гостинице, а не в их доме, но он без труда отмел ее подозрения.

– Этот день принадлежит Кэсси, и это ее дом, – сказал он, с улыбкой глядя на Кэсси, которая волей‑неволей вновь очутилась в его объятиях, едва он опять ступил на порог. – Вы ведь не часто видитесь друг с другом. Это даст вам возможность спокойно обсудить все без меня. Она сможет без помех рассказать, какой я хороший.