Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Не знала, что ты такой горячий, Ветер!

Я почувствовала, как щеки запылали, как будто снова под химеровой стрелой.

Воевода… так он владыка всех этих орков!

— Гарра, — медленно проговорил Ветер, голос у него был тихий, но в нём звучала та самая угроза, которой воины, наверняка, боялись больше, чем крика. — Если ты хочешь сохранить язык, не проверяй, насколько я горяч этим утром.

— Угу, — хмыкнула она, но на шаг всё же отступила. — Шучу, шучу. Просто… впервые вижу, чтобы эльфийка после Гр’Кара’Та выходила не ползком.

Уважение.

Она кивнула мне и, всё ещё усмехаясь, скрылась за занавесью шатра.

Я посмотрела на Ветра. Он всё ещё держал меня за локоть — осторожно, но уверенно.

— Теперь весь лагерь это знает, — прошептала я, и он бросил на меня взгляд, полный иронии.

— Думаешь, они были глухими вчера ночью?

— Нет. Просто…

— А значит, теперь тебе точно не стоит идти одной.

Он отпустил мой локоть — только чтобы взять за руку. И повёл дальше.

И я, несмотря на весь стыд, шла рядом.

Потому что рядом с ним — было правильно.

Мы шли по лагерю, и я чувствовала на себе взгляды просыпающихся от священной ночи орков. Не откровенные, не осуждающие — скорее, сдержанно-любопытные. Все почтительно кивали Ветру. Кто-то улыбался, кто-то бросал взгляды на наши сцепленные пальцы. Кто-то хмыкал. Но никто не осмелился сказать хоть слово — после того, как Гарра получила своё «приглушающее рычание».

— Они правда… не осуждают? — шепнула я, когда мы почти миновали центральный костёр.

— Осуждать? — он чуть повернул голову ко мне.

— У нас не принято осуждать тех, кто следует зову. Особенно в Гр’Кара’Та.

— Даже если это эльфийка?

— Особенно если это эльфийка, — усмехнулся он.

Впервые за утро стало чуть легче. Не так щемяще.

— А куда мы идём?

— За Лунной слезой, — ответил он просто. — Ты не для того рисковала жизнью, чтобы уйти без неё.

— Но её можно собрать только ночью…

— Нет, — усмехнулся он. — Я покажу.

Мы шли в лес, мимо пограничных постов, мимо тёмных высоких деревьев, чей шепот напоминал шорох тканей, сброшенных ночью на меха.

Лес был полон запахов — сырой травы, прелой хвои, птичьего крика где-то вдали. И всё это странно контрастировало с тем, что всё внутри меня всё ещё откликалось на его шаг, на его дыхание рядом, на его прикосновение.

Мы шли молча. Я боялась начать разговор. Последний. Но всё же сказала:

— Ты — воевода орков.

— А ты — принцесса эльфов.

— Нам не быть вместе.

— А ты хотела бы? — спросил он.

Я замерла. Он остановился рядом.