Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

И одновременно аккуратно приставил член. Водя его головкой по моим складочкам, доводя до исступления, до хриплых стонов.

— Сейчас, милая…

Он вошёл в меня резко, не полностью, лишь на немного, но и того было достаточно, чтобы ощутить все его объёмы. И боль, что пришла, не была пугающей. Она была частью новой связи. Истинной. Той, которую невозможно оборвать одним словом «враг».

Я замерла.

Внутри меня был горячий, пульсирующий, напряжённый член. И я почувствовала, как он растягивает моё нутро, как заполняет всю меня.

— Лили, ты в порядке? — спросил Ветер, отстраняясь и заглядывая мне в глаза.

— Да, — выдохнула я.

После первых мгновений, когда острая новизна, напряжение и легкая боль уже не сковывали тело, я начала чувствовать совсем другое. Я уже не сжималась от страха, а словно раскрывалась навстречу каждому движению Ветра.

Он начал двигаться не сразу, медленно, замирая от каждого моего вздоха. Его руки были вокруг, его дыхание — рядом. И это чувство наполненности было совершенно особенным.

Казалось, каждая клеточка моего тела прислушивалась — к его ритму, к теплу его ладоней, к тому, как он будто читал меня изнутри. Его движения были глубокими, медленными. Почти священными. Я чувствовала, как он наполняет меня полностью, но не только телом — собой. Его взгляд, дыхание, сдержанная сила, всё это было направлено только на меня.

Сердце стучало в груди, но не от тревоги — от удовольствия. Его руки оставались вокруг, крепкие и надёжные, как кольцо защиты.

Я ощущала, как внутри волна за волной поднимается ощущение полноты, соединения — не только телами, но и чем-то более тонким.

Каждое движение отзывалось во мне жаром, дрожью и странным ощущением растворения. Будто в этом союзе я становилась самой собой, будто именно так должно было быть.

Но когда он понял, что я расслабилась, что я принимаю его всего, полностью… Толчки стали смелее, увереннее, хлёстче.

Моё тело не сопротивлялось — наоборот, само двигалось навстречу, растворяясь в нём с каждым толчком.

Его рука лежала на моей талии, другая — прижимала меня ближе. Я тонула в его тепле, в этой странной сладкой боли, в пульсирующем ритме.

Когда он осторожно развернул меня на живот, я не испугалась. Просто последовала за ним, доверяя — как реке, как песне, как дыханию. Его движения стали другими — глубже, резче.

Каждый толчок отзывался внутри вихрем, вспышками жара.