Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Все вернулись на свои места, а я осторожно коснулась бедра Лилиан. Холодное…

– Разрез готов, – пробормотал Март. – Сола, твоя очередь.

Он отодвинулся, давая мне место и положил ладонь женщине на живот. Взяв концентратор, я присмотрелась к ране. Оттуда медленно вытекала кровь вперемешку с черной субстанцией. А на груди и животе были точно такие же шрамы, которые мы видели у Честера Кова. Сантиметр в диаметре, черные, чуть вдавленные в кожу.

– Смелее, – негромко произнес доктор, – там внутри много места.

Я только кивнула и осторожно поместила кончик тонкого концентратора в рану.

Чтобы быстро убрать всю Гниль, нужно было завести артефакт как можно ближе к очагу. Сейчас я ощущала его в самом центре живота. Нужно подобраться именно к нему. Потому что без щупов зачистка и так будет медленной.

Осторожно надавив на концентратор, я толкнула его внутрь. У меня чуть глаза не разъехались в стороны. Приходилось смотреть и на монитор, пытаясь опознать в размытых серых тенях органы, и на женщину, чтобы не выпускать из поля зрения центр очага.

Но хотя бы Гниль не мешала. Лакс сдерживал ее, не отрывая рук от тела Лилиан.

– Продолжай, я контролирую, – подбодрил меня Март.

Но несмотря на усилия шефа, Гниль заволновалась лениво, заколыхалась мерзкими масляными волнами. Хотя мне это оказалось даже на руку. Так я поняла, что центр очага чуть выше, чем мы вошли. Примерно на уровне солнечного сплетения.

– Нужно сместиться вверх, – поморщилась досадливо. – Под углом в сорок пять градусов.

– Делай.

Медленно выдохнула и, наклонила концентратор, искренне надеясь, что Март Рингер успевает убирать с моего пути желудок, печень и прочий ливер.

По вискам уже стекали капли пота. Свища я по-прежнему не ощущала, потому просто постаралась подобраться к самому плотному скоплению Гнили. И через несколько невыносимо медленных минут мне это удалось.

– Я на месте, – выпалила облегченно.

Юсса придержала концентратор, давая мне возможность утереть лоб. Пальцы совсем окоченели, и от холода, и от нервов, и от близости Гнили.

– Меняемся, – сказал Лакс, подходя ближе.

Я без слов уступила ему место. Шеф поранил палец о навершие артефакта, давая ему напиться своей крови. Гнили это не понравилось. Мне показалось даже, что я слышу ее недовольное ворчание. Но она стала медленно втягиваться внутрь.

– Осторожно, – вдруг крикнул Тагриан.

Монитор истерично завыл, а тело Лилиан выгнуло дугой. Лакс выругался, старясь не упустить концентратор.