Точка кипения крови читать онлайн

Собственно, мечта состояла не только из алкоголя и секса. На самом деле в ней содержалось гораздо больше: интрига, приключение, таинственная неизвестность, тревога. И сладостное томление в груди. В общем, все то, чего так не хватало в излишне спокойной гражданской жизни.

Он отлично понимал, чем могло закончиться пресловутое томление. На лице уже имелось несколько шрамов после ресторанных приключений, а в непогоду ныли сломанные ребра. И все же весь кайф был именно в нем – в томлении. Ради него Станислав бежал из дома, нырял в непроглядную ночь, стойко терпел невзгоды, боль, лишение свободы…"

"Долгожданный момент наступал, когда город погружался в темноту.

Кармазин следовал знакомым маршрутом. Настолько знакомым, что мог проделать его, будучи лишенным зрения.

Томление достигало пика. Хотелось заорать от счастья на весь спящий квартал или сплясать что-нибудь эдакое.

Но он не орал и не плясал. Он экономил силы для «банкета».

* * *Желтая полоса солнечного света врывалась в открытую дверь каменной лачуги, где капитан с двумя сослуживцами парился вторые сутки. Длинный узкий луч медленно полз по усыпанному грязной соломой полу; становился короче и менял оттенок.

Мысли о побеге уже не посещали. Руки пленников оставались свободны, однако к ногам крепилась массивными «манжетами» толстая ржавая цепь. Тяжелой змеёй она опутывала троицу офицеров и концом своим была намертво приварена к вкопанному в землю старому станку от ДШК.

Тут не то что выдернуть из земли стальную раскоряку. Даже справить малую нужду в углу хибары без присмотра не получалось. Стоило шевельнуться, как боевики разом замолкали и вскидывали автоматы.

– Хотелось бы знать… – вдруг мечтательно произнес Толик.

– Что? – вернулся в действительность Кармазин.

– Кто у нас родится, – вздохнул тот. – Пацан или девчонка…

В другое время командир непременно что-нибудь сказал бы по этому поводу – подбодрил бы, успокоил будущего отца. Но теперь решил воздержаться, промолчал.

В этот миг за дверным проемом каменной лачуги замельтешили чьи-то тени, послышались громкие голоса.