Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Я наконец-то справился с мечом, но тварь застыла на месте, и у меня появилась возможность ее рассмотреть.

Сгоряча мне показалось, что перед нами неподвижно парит огромный вытянутый кусок льда, похожий на вздутую сосульку, покрытую шипами, но затем я вновь увидел две длинные, свисающие почти до земли лапы, и самое главное — порядочный лед не отращивает себе глаза и не истекает кровью. Рикар хоть и метал топор почти наугад, но попал точно в центр грязно-серого туловища, пробив в нем отверстие приличных размеров, от которого в разные стороны ветвились длинные трещины, сочившиеся густой серебристой жидкостью.

Ног, щупалец или на худой конец змеиного хвоста не было и в помине — странная тварь вообще не касалась земли, непонятным образом зависнув в воздухе на высоте одного локтя. Больше всего это существо было похоже на творение абсолютно безумного скульптора, решившего воплотить свою задумку в куске льда. Вот только статуя внезапно ожила. Ощутимая волна холода, исходящая от твари, лишь подтверждала мою мысль.

Единственной подвижной частью были пальцы — постоянно шевелящиеся, что-то уминающие в полупрозрачных ладонях. Надеюсь, ранение оказалось смертельным, и сейчас мы наблюдаем агонию этой твари.

Боль в плече утихла, но ее место занял ощутимый озноб, сотрясающий мое тело — похоже, я терял кровь слишком быстро, и надо остановить кровотечение, а вместо этого мы с ледяным уродом в гляделки играем. Рикар, не оборачиваясь, нащупал мое плечо и, хлопнув по нему, ткнул пальцем назад. Хорошо, что по здоровому плечу попал.

Поняв намек, я начал осторожно пятиться. Правильное решение — вступать в бой с неизвестным противником следует, только когда твердо уверен в победе и в своих силах. Тварь продолжала висеть на месте и, казалось, никак не отреагировала на наши маневры, но я заметил, как длинные лапы вновь окунулись в заметно уменьшившийся сугроб, зачерпнули еще пару пригоршней снега, и пальцы вновь принялись уминать снег. Меня это почему-то нервировало больше, чем загадочная неподвижность сосульки.

Зачем ей снег? Хочет сделать холодный компресс? Еда? Но не вздумала же она как ни в чем не бывало перекусить с засевшим в груди топором? Жажда мучит?

За нашими спинами раздался топот многочисленных ног, и через секунду мы оказались окружены охотниками с оружием наголо. Меня мгновенно обхватили несколько рук и оттеснили назад. Рикар облегченно выдохнул, а я даже не обратил на них внимания — моя голова была занята разгадкой странных манипуляций твари со снегом.