Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Мой муж тоже больше кофе предпочитает. Даже бандуру эту купил. А я чай люблю. Ну и кофе мне нельзя, — ставит передо мной чашку, а себе наливает чашку чая, пахнущего топлёным молоком и карамелью.

Почему нельзя спрашивать не буду, не моё дело.

— А где он?

— На учебной базе. Это что-то вроде небольшого полигона. Они там уже две недели тренируются и нормативы сдают. Он в академии ФСБ учится.

— Скучаете?

— Я привыкла. Мы видимся обычно только по выходным. В будни у них казарменный режим. Он по военной линии пошёл.

— Серьёзная профессия…

— У Тараса тоже.

— Вы давно знакомы?

— Да, почти три года. Я не была его девушкой, — замечает сомнение в моих глазах. — Он охранял меня, когда я проходила как свидетель по убийству замминистра. Помните, наверное, громкое было дело.

— Прости, нет. Я не слежу за новостями.

— И правильно. А мне приходится, у меня муж военнообязанный. И свёкор… И дедушка генерал…

— Ого! Мощная семейка.

— Так и у Тараса тоже. Отец полковник ФСБ, брат майор.

Так забавно за ними наблюдать. Вроде одно лицо, а характеры — абсолютная противоположность. Тарас серьёзный и хмурый, а Денис вечно на улыбке. Лёгкий.

— Да, он говорил, что они похожи внешне.

— В смысле похожи внешне? — усмехается Ольга. — Они близнецы. Если видеть их поодиночке, то никогда не догадаешься кто перед тобой. Но я научилась различать. Если улыбается открыто и искренне, то это Дэн. Из Тараса улыбку клещами надо тянуть. Я за все эти годы только один раз видела, как он смеётся.

Близнецы, значит…

Так вот почему он тогда в кафе вёл себя странно. Это был не Тарас, а его брат. А они ловко меня провели.

— Вот я дура! — говорю вслух.

Оля удивлённо приподнимает одну бровь.

— Они меняются! — приходится объяснить свои слова.

— Бывает. Со мной был такой случай. Тараса отдел внутренних расследований прессовал за то, что он проворонил, когда меня отравили. На это время его Дэн заменил. Я и подумать не могла, что это разные люди. Решила, что у него крыша поехала.

Резко из сухаря в обаяшку превратился. А я только подстроилась к его суровости.

Мы ещё долго разговариваем о разном. Как вдруг Дикий, мирно спящий у батареи приподнимает голову и настороженно прислушивается.

— Ты чего? — смотрит на него Оля.

Пёс срывается и бежит к двери. Но не лает, как нас встречал, а тихо поскуливает в ожидании кого-то.

С площадки слышатся шаги, кто-то подходит к двери. Я тихонько по стенке прячусь за угол.