Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Я знаю, что дизайн разрабатывал не Рашид бин Мухаммед аль-Саадат, а архитекторы, учитывая его пожелания. Полет фантазии у местных умельцев оказался ограниченным. Но мне понравился парк вокруг дома. Несколько километров открытого пространства, на которых располагались искусственные озера, фонтанчики, садовые деревья, цветы и кустарники, скульптуры, беседки, детская площадка. На просторных лужайках еще две недели назад были расставлены шатры, в которых завтра состоится свадьба, и все вокруг утопало в цветах. Действительно очень красиво смотрелись украшения к предстоящему грандиозному празднеству.

Отец заявил с горделивой улыбкой, что Аллах еще не видел такой роскошной свадьбы."

"Не думаю, что Аллаху интересен я или Рания, или наша свадьба. Вся неделя прошла в бесконечной суете, приготовлениях, встречах с родственниками и в молитвах. Отец решил, что эти дни я должен провести в духовной чистоте и прислал в мой новый «дворец» своего имама, который рьяно следил, чтобы я соблюдал заповеди пророка и вел со мной благочестивые беседы.

Если честно, я чуть не свихнулся. В Нью-Йорке я посещал мечеть только по пятницам, но и то, по привычке, а не в силу религиозной потребности.

И, конечно, каждый день, согласно традиции, я посылал невесте дорогие подарки и украшения. Она часто звонила мне, очень переживая, что свадьба будет проходить не в ее доме. Я не собирался ехать в соседнее государство, чтобы предстать перед ее родней. Для меня удобнее было отпраздновать здесь. Тем более, что сразу после всех официальных мероприятий, мы с Ранией на неделю улетим на уединенный остров в Тихом океане, который уже тридцать лет принадлежит нашей семье.

Все поголовно молодожены выбирают его для своего медового месяца, и я не стал изменять традициям. Мне все равно, куда везти Ранию. Я бы предпочел, вообще, отказаться от медового месяца. У меня были планы и дела здесь… в Анмаре.

Точнее, одно важное дело. Мелания Йонсен, которая стоила мне тридцати миллионов, и теперь томилась на вилле моей матери. Какая ирония, еще одна украденная женщина из другого мира, вывезенная из Нью Йорка для моего развлечения.

Тридцать миллионов. Такой долг сложно выплатить.

Но дело даже не в деньгах. Сучка предала меня, посмела разговаривать со мной, как с одним из своих щенков, угрожала мне. Снова! Раздвинула ноги для никчемного сосунка Дэвиса. Еще одна продажная шлюха. И меня безумно злит, что, несмотря на все ее преступления, я совершаю безумные поступки, чтобы удержать маленькую дрянь рядом с собой.