Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Собеседники на несколько минут замолчали.

– Тогда мы отплатим ему той же монетой. Я знаю, чего ты хочешь. У меня есть то, что ты хочешь. Скажем так, мы дадим Мэллори то, что он заслужил. – Диринг встал. Его мысли вернулись к Шарлотте. Он хотел как можно скорее снова оказаться с ней в постели. – Я должен сделать некоторые приготовления.

– Прекрасно. – Линдси тоже встал и взял свою трость. – Со своей стороны могу добавить только одно: поторопись. Я поставил немалую сумму на твой успех.

Глава 25

Диринг медленно поднимался по лестнице.

Он был измучен, однако его сердце билось часто и громко. Он просил Шарлотту дождаться его, не зная, что задержится в клубе надолго, и не подумав, что она тоже устала – ведь накануне ночью они почти не спали. Он понимал, что жена, скорее всего, уже спит, но все же втайне надеялся, что она его ждет и на ней не надето ничего, кроме кружевных панталон.

Он повернул дверную ручку и тихо вошел в свою комнату. Если она спит, вряд ли имеет смысл ее будить, решил он, одновременно испытывая при этой мысли острое разочарование.

Диринг отпустил слуг и теперь, сидя в одиночестве у камина, раздевался. Он снял сапоги, сюртук и жилет, развязал и отшвырнул в сторону галстук, вытащил рубашку из брюк и, почувствовав себя несколько лучше, направился к кровати. По пути он подпрыгнул от неожиданности, когда ему под ноги, возникнув неизвестно откуда, попал котенок. Животное бесшумно скользнуло под кресло. Может быть, Шарлотта права, и он действительно не Крикет, а Тень?

В комнате было темно – горела только одна свеча на каминной полке.

Диринг подошел к кровати, и у него перехватило дыхание. Ему потребовалось время, чтобы понять: он не спит и ему ничего не снится.

Шарлотта спала в его постели, укрытая простынями только до пояса. Несколько минут он не шевелился, наслаждаясь открывшейся перед ним картиной. Еще несколько недель назад он убеждал себя, что никогда этого не увидит. Его жена. В его постели. О чем еще можно мечтать?

Эмоции завладели им настолько сильно, что стало трудно дышать.

Да, они уладили все, что не позволяло им сблизиться. Да, они наконец стали мужем и женой не только на бумаге и познали наслаждение в объятиях друг друга. Но это… это было нечто большее. Это было видение будущего. Шарлотта в его постели, в его жизни, в его сердце.

Возможно, она услышала громкое биение его сердца или почувствовала исходящий от него жар. Как бы то ни было, Шарлотта зашевелилась.