Сын Зевса. В глуби веков. Герой Саламина читать онлайн

Царь, который делил с ними все невзгоды войны, который шагал вместе с ними по всем трудным дорогам, теперь отгораживается от них унизительными для эллинов обычаями персов, он скоро и македонян заставит кланяться ему в ноги!

Птолемей, сын Лага, храбрый военачальник царя, отошел прочь с потемневшими глазами.

– Александр – царь Македонии, – проворчал он, негодуя. – Он царь Македонский, и он не должен быть фараоном или азиатским царем царей. Если я напишу домой о «великом царе царей», там люди будут смеяться. И у них будет повод смеяться.

Александр не слышал этих слов, но ему их передали. Он промолчал, однако титула не отменил.

«Привыкайте! Потому что я не только царь Македонии, но и царь многих народов, которым титулы царя необходимы».

Весна уже бродила в долинах Мидии. На горах таял снег. Царь приказал войску готовиться к походу и вызвал к себе Пармениона.

– Парменион, ты останешься здесь, в Экбатанах, и сохранишь наши сокровища.

Парменион выпрямился:

– Ты считаешь, царь, что я больше не гожусь для военной службы?

«Да, ты больше не годишься для военной службы, – подумал Александр, – ты упрям и недальновиден. Ты плохо сражался под Гавгамелами. Ты не понимаешь моих замыслов, и ты противишься им. Ты мешаешь мне».

Но ответил ласково:

– Не поэтому я оставляю тебя в Экбатанах, Парменион, а потому, что никому другому не могу доверить сокровищ.

– Гарпала? – Выцветшие, с красными веками глаза Пармениона негодующе заблестели. – Ты забыл, царь, как твой друг Гарпал сбежал с деньгами под Иссом! И опять его – казначеем?

У Гарпала было слабое здоровье, он не мог участвовать в боях. Да, под Иссом Гарпал сбежал с деньгами. Но как он сожалел об этом потом, как раскаивался. Не гнать же теперь своего друга из войска, не лишать же его почестей, которые даны его остальным друзьям!

И Александр сурово ответил Пармениону:

– Доверие – это лучшее средство исправить человека и дать ему возможность заслужить наше уважение.

Парменион сжал губы так, что они сморщились, поклонился и ушел. Это очень почетно – хранить царское золото в Экбатанах, но это же отставка, это устранение из армии!

Да, это так. Но Парменион не привык спорить. Он знал – приказ царя надо выполнять. На душе было тяжело.