Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Хотелось ощутить ладони Сорина голой кожей, опять почувствовать его поцелуи и объятья.

— Может, это девочка, — наконец нашла в себе силы возразить я. — Почему ты называешь нашего ребенка сыном? Разве дочь чем-то хуже?

— Девочка, — проговорил Сорин и улыбнулся шире. Шпильку в моем тоне он не заметил, просто продолжил гладить мой живот, второй рукой обнимая так крепко, как будто я могла сбежать.

— Об это я и говорю! — Аллегра вклинилась между нами, оттеснила меня от Сорина и уперла руки в бока. — Ваша вира совершенно безответственно подходит к вынашиванию будущего наследника рода де Драго.

Вам необходимо принять меры.

— О каких мерах вы говорите, Аллегра? — спокойно спросил Сорин. Его тоном можно было бы заморозить небольшое озеро, и я поежилась. Приятно все-таки, что его раздражение для разнообразия вызываю не я.

Аллегра молчала. Я не видела ее лица, но была уверена, что она поджала губы.

— Я жду, — поторопил Сорин. — Что вы имели в виду под мерами, которые я должен предпринять?

Голос у него был негромким, спокойным, так что в какой-то момент я всерьез испугалась за жизнь Аллегры.

— Во-первых, запретить общение вашей виры с этим… — Аллегра бросила взгляд на Вириана через плечо, и я увидела, что губы у нее гневно поджаты. — С этим вахлаком!

Значение слова «вахлак» я не знала, но, судя по тону, ничего хорошего оно не значило.

— Вы говорите о моем секретаре, леди Аллегра, — еще больше понизил голос Сорин, и мне захотелось втянуть голову в плечи. — Выбирайте выражения.

Вся ее фигура вздрогнула, то ли от страха, то ли от недовольства, то ли от несогласия.

— Это просто неприлично! — прошипела она вместо того, чтобы забиться в какой-нибудь угол и там порыдать. Я именно так и сделала, потому что именно сейчас Сорин пугал. Почти как тогда, когда готов был искромсать короля мечом. — Могут пойти слухи! Гордость рода де Драго…

— Я как единственный наследник рода де Драго сам решу, что гордость рода может себе позволить, а что — нет.

— Но процесс протекания беременности…

— Хватит, — грянул Сорин.

— Мой сын только что явно дал понять, что сил у него хоть отбавляй. Если это называется плохим протеканием беременности, то я не могу даже предположить, как выглядит хорошее.

— А еще меня зовут Кэт, — откашлялась я.

Аллегра обернулась ко мне, и Сорин наконец на меня посмотрел и вопросительно вздернул брови."

"— Я не просто вира, меня зовут Кэ-тэ-ли-на, — старательно выговорила я местный вариант своего имени.