Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Валерка не успел еще даже сесть, как Ермилов огорошил его новым вопросом:

— Грильяж любишь?!

Штукин даже запнулся от неожиданности и замер над стулом в полуприседе, глядя на «начальника контрразведки»:

— Не знаю… Нет…

— Садись, садись, — разрешил, хохотнув, Ермилов, и тут же снова почти гавкнул: — А что так? Зубы не выросли?

— Вам виднее, — дипломатично пожал плечами Штукин, вздохнув про себя по тому поводу, что скорее всего — атмосферка явно не для того разговора, который он хотел завести с Юнгеровым.

Сам Александр Сергеевич, страдальчески наблюдая за развитием начального диалога между Ермиловым и Штукиным, дожевал блин и заголосил:

— Дени-ис, а Денис! Дени-ис, иди сюда!

— Угу, — появился откуда ни возьмись Волков. В руках он держал шланг для подводного погружения.

— Чего это? — подозрительно сощурившись, спросил Юнгеров, глядя на шланг.

Денис мотнул головой в сторону Ермилова:

— Так мне это… Указано учиться погружениям.

Александр Сергеевич засопел и повернулся к Ермилову:

— Петрович, ты честно скажи — ты всех нас угробить хочешь?

Юрий Петрович даже не посчитал нужным ответить на это хоть что-нибудь.

Денис кашлянул и решил заполнить нехорошую паузу напоминанием о себе:

— А чего звали-то, Александр Сергеевич?

Юнгеров наконец-то перестал сверлить взглядом Ермилова:

— Денис, ты хочешь, чтоб я умер на год раньше?

У Волкова вытянулось лицо:

— Не понял.

Что за ерунда?

— Ты не ответил! — встрял неожиданно Ермилов. Встрял и тут же снова уткнулся в свои конфеты, делая вид, что опять не замечает взгляда Юнгерова.

Александр Сергеевич ткнул пальцем в Ермилова и пояснил:

— Денис. Либо ты конкретно, как человек исполнительный и безотказный, будешь отвечать за грильяж вот в этой, блядь, вазе, либо он скушает весь мой мозг. Я понятно изложил?

До Волкова дошло.

Он засмеялся и ответил по-военному:

— Есть отвечать за грильяж. Разрешите идти?

— Идите! — со стоном выдохнул Александр Сергеевич.

Денис ушел, посмеявшись, и несколько секунд тишина в охотничьем домике нарушалась лишь бухтением Ермилова, продолжавшего сортировать конфеты.

— Петрович, — позвал его Юнгеров. — Ну что ты как старый дед-пердед?"

"Юрий Петрович забубнил себе что-то под нос еще громче.