Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Лежит и смотрит в потолок.

– Петь, ты спал? – заволновалась Анжела, подозревая, что муж всю ночь так и пролежал с открытыми глазами.

– Спал, – ответил он странным голосом. Как под гипнозом.

Анжела внимательно посмотрела на мужа:

– Тогда одевайся и идем завтракать.

Обычно первым делом после пробуждения Петя тянулся за телефоном, смотрел неотвеченные вызовы, делал несколько звонков. С телефоном он шел в ванную. Потом – на кухню."

"В тот день он не вспомнил про телефон, а только сел на кровати, надел носки и остался так сидеть, пока за ним не вернулась Анжела.

Увидев мужа, неподвижно сидящего в носках на разобранной постели, она запаниковала. Стала звонить свекру. Тот, конечно, приехал, но сделать ничего не смог. Ничего не смогли сделать и врачи, по которым всю весну, а потом и все лето таскали Петра Сергеевича. Его показывали разным светилам, возили в Москву. Но доктора разводили руками и говорили, что медицина здесь бессильна. Скорее всего Петр таким теперь и останется.

Верить в это никто не хотел, но время шло, а в поведении мужа Анжелы ничего не менялось.

Теперь он жил у родителей, а жене и дочке его привозили по выходным. Свекор привозил Петю на машине в субботу, приводил в квартиру и оставлял на сутки. В воскресенье вечером они вместе с супругой приезжали, заваливали внучку подарками, забирали безучастного, бессловесного Петю и уезжали.

Свекор и прежде не очень-то считался со снохой, а теперь уж и подавно ни во что ее не ставил. Родители мужа именно ее обвинили в случившемся.

Они считали, что она скрывает, что произошло между ней и Петей в тот злополучный вечер.

Еще в самом начале болезни сына свекор подготовил и сделал так, что Петя подписал все документы фирмы, из которых следовало, что его часть бизнеса переходит к отцу. Трехкомнатная квартира, где теперь жили Анжела с Дашей, была тоже оформлена на имя свекра.

Анжела осталась ни с чем. Раз в месяц родители мужа привозили ей «помощь» на ребенка – три тысячи рублей. Она осталась без денег, без мужа, без работы и без поддержки.

Правда, один раз за нее вступился друг семьи, однокурсник Пети, – Николай.

Друг мужа был военным, тоже финансистом, кое в чем разбирался. Узнав о том, что произошло, несказанно возмутился. И на кухне, упорно глядя на безучастного, отсутствующего Петю, долго втолковывал бедолаге о том, как подло и безжалостно поступили родители с его семьей.

Петя ничего не сказал. Казалось, Коле не удалось пробить броню его стойкого аутизма.