Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Я закричала и принялась размахивать руками в надежде ухватиться хоть за что-то, но в итоге меня спасло мое платье, которым я зацепилась за какие-то строительные леса здания. Ткань натянулась до предела под моим весом, и я изогнулась, стараясь ухватиться за поручень, но пальцы соскользнули с мокрого от пролившейся воды материала. Платье порвалось, и я снова заскользила вниз вдоль гладкой, будто лед, стены. В какой-то момент мне удалось ухватиться за оконную раму, но окно распахнулось, и я не сумела удержаться.

Внезапно с весьма болезненным ударом я столкнулась с каким-то уступом и осталась лежать на нем. Перед глазами поплыли огненные круги, и, сплевывая воду, я попыталась вдохнуть. Мышцы пульсировали болью, отдававшейся в костях, но я все же сумела сесть и прислониться спиной к мокрой стене здания.

Мысленно я проверила, все ли кости целы, все ли зубы на месте. Невероятно, но оказалось, что я ничего не сломала, хотя как это возможно при таком падении без щитов – непонятно. Я посмотрела вверх, чтобы удостовериться, что за мной не увязалась погоня, и увидела только разрушения, которые стали результатом моих попыток уцепиться хоть за что-то и замедлить свое падение.

Что ж, по крайней мере, мне это удалось.

Что-то щекотало лицо, и, приглаживая волосы, я сняла с головы пучок искусственных водорослей. Чудесно.

Впервые с того момента, как прозвучали выстрелы, я попыталась обдумать произошедшее логически. Я понятия не имела, кем являлись эти наемники, что собиралась рассказать мне та девушка из Альянса, что им всем было от меня нужно, почему они выбрали именно сегодняшний день, и как им удалось взломать наши с Джокером почтовые ящики, чтобы послать эти лживые предложения встретиться.

И вот она я, в незнакомой части Цитадели в мой гребаный день рождения с моим красивым платьем, разорванным в клочья, растрепанными волосами, окровавленными ладонями и лицом, и… и…

Все еще тяжело дыша, я с удивлением почувствовала, как на лице расползается широкая улыбка.

И я уже несколько месяцев не ощущала себя настолько живой.

Однако я не останусь таковой долго, если не выберусь отсюда. Я не могла рассчитывать на помощь, которую должен привести Джокер, потому что передвижение по полю боя – не его конек. Также не стоило полагаться на прикрытие СБЦ, поскольку никто не знал, где я. Я могла опереться только на свои инстинкты, свою ярость и этот пистолет, и только последний элемент внушал недоверие.