Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

В это время в приоткрытую створку дунул ветерок, и до чуткого носа Регины донеслась смесь запахов хвои и корицы. Отвращение и обида? Странное сочетание. Она вроде бы никого сегодня не обижала. Любопытство победило, и девушка развернулась, упершись взглядом в крепкий мужской подбородок. Надо же, нашелся мужчина выше ее ростом! Бровь, спрятанная под маской, непроизвольно взметнулась вверх, как бы интересуясь, чем она его обидела, если так не нравится, а взгляд переместился выше и встретился с глазами цвета грозового неба.

— Разрешите пригласить вас на вальрус? — Шерд, она не хотела ни с кем танцевать, скопище эротики и чувственности в одном флаконе. Но именно недалеко от этого места, через большое зеркало сейчас мог смотреть на танцующих король. Поэтому покорно вложила ладонь в пальцы мужчины.

С таким ростом она знала лишь одного мужчину: главу королевской контрразведки, извечного врага среди своих. Казалось, что его иногда побаивался сам премьер Олдерг. Только Линдон терр Раух слыл закоренелым холостяком.

И вряд ли бы появился на этом странном сборище.

Крепкие ладони мужчины притянули ее к себе на непозволительно близкое расстояние для обычной жизни, но вполне приемлемое для вальруса. Вальрус был с хитринкой: танцуя под музыку, пары просто сплетали пальцы, лишь иногда мужчина подхватывал женщину за талию, не давая ей упасть. С одой стороны это была самая безобидная поза, которую только может предположить парный танец. Но движения его были таковы, что вначале девушка как бы ложилась сверху на мужчину, который в то время наклонялся назад, делала поворот вокруг себя, удерживаемая его руками.

Теперь мужчина двигался в сторону женщины, нависая над ней коршуном, а она пугливой птицей прогибалась в спине. И поворот делали уже оба. И чтобы танец был действительно красивым, тела должны быть достаточно плотно прижаты друг к другу.

Чему была рада Регина, так это возможности почти не перебирать ногами. Это был действительно танец тел, который щадил ее больную ногу.

Хвоя и корица постепенно ушли, давая место пиону — удовлетворение.

Девушке даже стало немного смешно: интересно, чем она его удовлетворила?

А при следующем повороте ее взгляд упал на его родовой перстень. Шерд! Он наливался золотом. Это означало лишь то, что она является его суженой. Перевела взгляд на лицо незнакомца. Тот предавался каким-то своим размышлениям и на перстень, как, впрочем, и на Регину не смотрел. В другом случае она на мужчину даже бы обиделась.