Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Мама отдала его Китти на платье. Я его постирала, и мы с Китти его раскроили. Но сколько ни ломали головы, нам не хватило материала на половину рукава. И тогда Китти собрала все обрезки, тщательно подогнала их один к другому и сшила из них внутреннюю часть рукава. Главное – никто ничего не заметил. Угадай-ка, Мод, сколько кусочков Китти использовала?

– Пятьдесят, – глубокомысленно изрекла та.

– Нет, только десять, – сказала Полли. – Но это впечатляет, учитывая, что портнихе было всего четырнадцать лет. Видели бы вы, как эта маленькая хитрюга посмеивалась в свой лоскутный рукав, когда кто-нибудь восторгался ее замечательным платьем.

Она носила его все лето и выглядела в нем прелестно. Такие уловки, когда некуда деваться, очень забавляют. И мозгам не дают застояться. Иногда складывается ощущение, будто у тебя в два раза больше рук, чем у других людей.

– Думаю, мы заведем ферму где-нибудь поблизости от вас, – объявила Мод. – Очень хочу познакомиться с твоей Китти, – она заинтересовалась девушкой, которая умеет так ловко сшивать лоскуты.

– Ну, парад платьев закончен. Спасибо, что объяснила, как их можно использовать, – поблагодарила Фанни. – Надеюсь, когда-нибудь и у меня отрастет еще пара рук.

После того как был готов новый капор, девушки наметили фронт ближайших работ с остальными деталями гардероба.

– Я тоже надеюсь, – сказала Полли, уже собираясь уходить домой, – что у тебя вскоре появятся рядом две крепкие и очень надежные руки.

От этих слов Фанни сияла весь остаток дня.

Глава XVII

Подражая бабушке

То́му пришлось тяжелее, чем остальным.

Помимо семейных проблем ему пришлось решать массу собственных. Историю с колледжем вскоре позабыли на фоне куда более серьезных невзгод. Окружающие к нему заметно охладели, злые языки склоняли на все лады «этого экстравагантного щенка», с нетерпением ожидая, как он «покатится по наклонной плоскости», и строя прогнозы, насколько он низко падет. Как известно, вокруг нас всегда немало сплетников, и вскоре Том во всех подробностях узнал, как ему за глаза перемывают косточки.

Хуже всего было то, что многие нынешние недоброжелатели совсем недавно ходили в его друзьях. Он, конечно, делал вид, будто ему все равно, но на самом деле страдал, коря себя за сделанные ошибки, а заодно и злясь на других. Иными словами, он впал в состояние, которое одних людей убивает, а других, наоборот, закаляет, превращая из мальчиков в мужчин.

Теперь, когда семья его лишилась состояния, он впервые понял, насколько хорошо они жили раньше.