Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Положив руки на бедра, она развернулась и, не поднимая головы, исподлобья смотрела на меня. Она сделала несколько шагов направо и села на капот, свесив ноги.

Я проследовал за ней и встал напротив, сохраняя между нами некоторое расстояние.

Ее грудь была больше, чем в моих воспоминаниях. Я подумал, что не стоит торопиться. С тех пор как я последний раз прикасался к ней, прошло так много времени, что хотелось открыть ее тело заново.

Но терпение было на исходе. Мой член был тверд как камень.

– Раздвинь ноги, – хрипло скомандовал я, и легкая улыбка появилась на моем лице.

Ей нужно было перевести дыхание. Я видел, как поднимается и опускается от возбуждения ее грудь. Или это было тревожное ожидание.

Она сжала зубы, но сделала то, что я сказал. Фэллон приняла вызов. Опираясь на локти, она развела ноги в стороны, открывая то, что я так сильно хотел увидеть.

Ох уж эта девчонка.

Не отрывая глаз от ее разгоряченного мокрого тела, я развязал шорты и скинул на землю.

Ее глаза округлились: она заметила отблеск металла у меня на головке.

Пристроившись у нее между ног, я медленно и нежно положил ее спиной на капот. В машине играла Sail AWOLNATION. Звуки песни доносились до нас сквозь шум дождя. Обхватив ее за бедра, я коснулся губами горячей влажной кожи живота. Это сводило меня с ума. Я поднялся выше и обхватил губами сосок.

– Ах, – задыхаясь, стонала Фэллон, но я не собирался так быстро прекращать ее мучения.

Переключившись на второй сосок, я то посасывал его, то покусывал, то обхватывал зубами и тянул на себя… И, черт побери, он был таким сладким на вкус.

Два года назад я ни черта в этом не смыслил. Конечно, кое-какие приемчики я тогда узнал, но мы были столь юными и неопытными и не знали, что и как нужно делать.

Теперь – совсем другое дело. Я прекрасно понимал, чего хочу, и не боялся брать это. Не упускал ни единого шанса.

Ускоряясь, я опускался ниже по животу, целуя каждый сантиметр ее тела.

И каждый поцелуй все сильней приближал меня к тому, что мне на самом деле было нужно.

Одним резким движением я обхватил губами клитор и впился в него как в персик.

– О боже!

Извиваясь, она запрокинула голову, и капот прогнулся от ее движений. Я не видел ее глаз. Она зажмурилась от удовольствия.

Водя языком по кругу, я то надавливал сильнее, то, наоборот, ослаблял нажим.

«Как же я ее ненавижу! Я ей не доверяю. Она снова оставит меня в дураках».