Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

То, что Повидлов полиглот, музыкант, книжник и рассказы о его энциклопедическом образовании ходили по всему району, Головачева заинтересовало сильно, и он решил не избегать его. «Старик одинок, как я, а живет какою-то своей интересной жизнью», — думал Головачев о Повидлове не раз и твердо решил поближе с ним познакомиться.

Первое знакомство, более определенное, чем то, что дала ему общая кухня и мелкие неназойливые услуги и предложения Повидлова, состоялось как-то зимним глубоким вечером, когда Головачев, отужинав, лежал на своей холостяцкой койке в сапогах, подстелив под них газету, и перелистывал один из томов энциклопедии.

Он вот так лежал, перелистывал том энциклопедии, как вдруг почувствовал неопределенную тревогу, и в голову ему пришли какие-то непонятные два слова: рабатка и рустика. Головачев перебрал оставленные Текучевым тома энциклопедии, на литеру «Р» тома не было. А слова рабатка и рустика из головы не шли. Наоборот, они так и сверлили мозг, лезли в него, и Головачеву показалось, что его пробирать начинает какой-то озноб.

Он встал, прошелся по комнате и вдруг решил идти к Повидлову, чтобы узнать, что такое рабатка и рустика. Он прошел в коридор, постучался к Повидлову и услышал глухое, старческое: «Войдите». Головачев вошел, и по привычке замечать все сразу, увидел, что комната старика хорошо прибрана, в ней было много столов, два из них под бумагами, остальные под цветами, занавески на окнах, несмотря на поздний час, не опущены."

"Позднее Головачев узнал, что Повидлов каждую субботу устраивает в своей комнате «генеральную чистку» — трясет коврики, выколачивает одежду, сметает и вытирает пыль, моет пол.

Однажды он даже нашел на кухне газету, на полях которой рукой Повидлова было записано: «Суббота: 1) вечером закончить главу о двустишиях частушечных; 2) проверить маринады; 3) мыть волосимое с керосином». Когда Головачев спросил его, что это значит «мыть волосимое с керосином», Христофор Аджемыч заразительно рассмеялся:

— Это вы откуда взяли? Я на чем-то записывал это.

Волосимое? Да голову мыть с керосином! Перхоть, перхоть, понимаете?

— А проверить маринады?

— Да банки мои с соленьями разными проверить! — с тем же смехом отвечал старик. — Я кое-что на зиму сам таким образом припасаю. Огурцы, например, маринованные лучше соленых. Или слива, вишня маринованная. Не пробовали? Угощу. Заходите.

Он и впрямь угостил тогда Головачева такими маринованными сливами, что Головачев долго вспоминал, где он такие едал, да так и не вспомнил.