Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Алекс потер подбородок и вздохнул:

– Не то чтобы вы меня не убедили… да и не такой я упрямый. Вас вон одиннадцать, а я один. Я слушал вас внимательно, каждое ваше слово. Но все же не спешил бы вернуться в зал, чтобы набросить на подсудимого петлю или упечь за решетку.

– Да я здесь уже три часа, – возмутился Бурке. – Куда ж еще больше?

– Причальный конец и рыболовный гафель, – повторил Харлан. – Тут вы согласны, мистер Ван Несс?

– Насчет причального конца… так и быть, не возражаю. Гафель? Ну, допустим. Дальше что?

– Разные версии подсудимого.

Обвинитель и впрямь загнал его в угол… с этими двумя аккумуляторами на борту. Если бы подсудимый в самом деле отдал один Карлу, в гнезде у него остался бы один.

– Но ведь он сказал, что потом вставил второй. Он же все объяснил. Он…"

"– …рассказал все в самый последний момент, – договорил Харлан. – Когда к стенке приперли. Все продумал, а такую мелочь упустил.

– Верно, – согласился Александр. – В гнезде и впрямь должен был остаться один аккумулятор.

Положим, подсудимый действительно поднимался к Карлу. Может, о деле поговорить, может, Карл напал на него, или это была самооборона. А может, и непредумышленное убийство, перепалка, вылившаяся в драку… Откуда нам знать наверняка, что это тяжкое убийство первой степени? Что оно было спланировано? Может, подсудимый в чем и виновен, но совсем не обязательно в том, за что его судят. Откуда такая уверенность, что он поднялся к Карлу с целью убить его?

– Ты же слышал, о чем толковали рыбаки, – напомнил Александру Роджер.

– В открытом море на борт чужого судна поднимаются только в крайнем случае. Подсудимый не пришвартовался бы к Карлу ради разговоров. У рыбаков это не принято.

– Крайний случай, – повторил Александр. – А история с аккумулятором как раз подходит. Севший аккумулятор – случай действительно крайний. И с версией подсудимого сходится.

– Да ну, бросьте, – вмешалась Эдит. – Харлан прав. Никакой аккумулятор Миямото не одалживал, иначе бы в гнезде остался только один.

Так что не проходит версия подсудимого, ну никак не проходит.

– Ага, детский лепет, – подтвердил Бурке. – Обвинитель прав. Миямото сделал вид, что не заводится двигатель, «Островитянин» подошел прямо к «Сьюзен Мари», и, когда Карл готов был помочь Миямото, тот воспользовался этим моментом. Так все и было.

– Наверняка, – подтвердил Роджер. – Больно коварный у подсудимого вид.

– Насчет детского лепета… – сказал Александр. – По-моему, это уж слишком.