Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Человек ли?! Корка грязи на неведомом существе лопнула, откуда-то из нижней части спины показался короткий кожистый хвост. Задние конечности согнулись, подгибаясь под тело. Когтистые лапы попробовали твердь Саванга, словно чудище только родилось, толком не умело ходить и нуждалось в самых простейших уроках.

Лишь тогда командир спецназовцев опомнился. Он отпрыгнул назад, вскинул молниемет, готовясь поразить неведомого врага, но тот, кто раньше был человеком, опередил стрелка. Мощное тело, покрытое панцирем, толкнуло Мадэна в грудь, сбивая с ног.

Морда с желтыми немигающими глазами мгновенно приблизилась к фрину, а потом острые треугольные зубы прорвали его глотку одним резким коротким движением.

Мадэн навсегда забыл и про клокотавшую внутри ярость, и про горечь поражения. К нему пришел глухой черный покой.

...Волкоящер атаковал фринов одного за другим, прыгая из стороны в сторону так быстро, что никому из солдат не удавалось взять правильный прицел. Ликвидатор, потерявший человеческую сущность, бил чешуйчатой головой, сшибал с ног корпусом, подсекал гибким хвостом, рвал тела зубами.

Охота доставляла ему невероятное удовольствие: он наслаждался собственной мощью и неуязвимостью, своим послушным и сильным телом. Он знал, что столько пищи ему не требуется, но все равно убивал чужих. Не ради еды, просто испытывал к ним лютую ненависть, хотя и сам не смог бы объяснить: что это такое и откуда взялось это чувство в маленькой черепной коробке, защищенной толстым костяным панцирем.

Волкоящер остановился лишь тогда, когда почуял: опасность надвигается сверху. Зверь припал к земле, замер на месте. Немигающие желтые зрачки уставились в небо, но не на луну, на которую тянуло повыть всласть.

Он заметил: из тучи падают какие-то живые существа. Не такие, как те, кого он только что уничтожил, другие. К первым, лежавшим вокруг, он испытывал ненависть. С теми, что падали сверху, было связано что-то другое, важное и хорошее. Но он никак не мог вспомнить что.

«Вебер», – шевельнулось в черепной коробке. Волкоящер высунул наружу язык, свесил его между треугольных зубов, наблюдая за новыми пришельцами. Потом в голове родилась странная картина: палки, создающие длинные красные иглы. Сильная боль. Смертельная боль.

Он вскинул морду, собираясь негодующе завыть, но вовремя удержался. Медленно, прижимаясь к земле, заскользил прочь, подальше от клочка твердой земли, который зачем-то понадобился этим существам.