Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Руди продвинулся вперед, обнюхал мертвого дрогла, лежавшего в траве. Облизнулся. Пахло довольно привлекательно, но трогать убитого Вебер не стал, хотя во рту появилась обильная слюна. Понюхав еду, Руди понял, что сильно голоден, но впереди ждала большая работа, а на полное брюхо делать ее труднее...

Опасность!!! Конечно, Вебер обнаружил патруль фринов раньше, чем враги заметили его самого. Он прижался к земле, приопустил жесткие веки, покрытые коркой засыхающей грязи. Руди был абсолютно спокоен: инстинктивно чувствовал, что теперь у фринов почти нет шансов засечь его.

Разве что по случайности.

Патрульные свой шанс не использовали. Кажется, они думали совсем о другом, не об охране территории. Фрины шли, почти не глядя по сторонам, о чем-то энергично переговариваясь. Вебер не понял ни слова, только почувствовал: враги нервничают, но не из-за него, не из-за ликвидатора. Враги растеряны и подавлены – слов он не понимал, но эмоции, как ни странно, смог распознать.

Душевные томления фринов его ничуть не заботили.

Он пришел сюда, чтобы уничтожить «Вулканы». Так хотел Тони Эспозито. Так хотел майор Быков из «Анаконды». Об этом просил Жак Монтегю. Он, ликвидатор Вебер, должен закончить работу и замкнуть круг.

Какой круг? Вопрос возник в мозгу, вспыхнул искрой и тут же исчез. Руди не успел подумать ни над ним, ни над ответом – все не самое важное проскочило через сознание и тут же улетело прочь. Добравшись до полуразрушенной стены казармы, Вебер прижался к ней, стал ее частью.

Повел головой из стороны в сторону – прислушивался к звукам. Теперь он мог ловить слабые шорохи, распознавать их, жаль только, не отрастил себе «лопухи», как дроглы. С такими ушами гораздо проще фиксировать шумы, приходящие с разных направлений.

...Черные орудия располагались в скальных углублениях, длинной шеренгой – совсем как на том фото, которое ликвидаторам показывали перед началом операции. Вебер даже облизнулся, но не потому, что вспомнил о еде, – просто облизнулся.

Это вышло как-то само собой, непроизвольно.

Толстые стволы «Вулканов» смотрели в небо. В дремавших машинах смерти чувствовалась скрытая мощь. Любая из этих «игрушек» могла за считаные секунды создать огромное метеоритное облако на пути вражеского корабля, вот только возле орудий не оказалось боевых расчетов из солдат-людей. Группа фринов копалась около дальней установки, и это было на руку тому, кто пришел, чтобы завершить порученное дело...