Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Понимая, что нужно выразить сочувствие, но боясь прекращать разговор о Лондоне, пока мать не дала твёрдого обещания, она вполголоса натянуто добавила:

— Как жаль.

— Это произошло здесь, в Пэгфорде, — сказала Кей. — У дороги. Кристал в тот момент была с сыном Тессы Уолл.

Гайя чуть не сгорела со стыда, что позволила Пупсу Уоллу себя поцеловать. От него ужасно воняло пивом и табаком, а к тому же он пытался её лапать. Она сознавала, что достойна большего, нежели Пупс Уолл. Даже будь на его месте Эндрю Прайс, и то было бы лучше.

Сухвиндер за весь день не ответила ни на одно сообщение и не перезвонила.

— Она совершенно убита. — У Кей блуждали глаза.

— Но ты-то ей ничем не поможешь, — сказала Гайя. — Так ведь?

— Ну… — пробормотала Кей.

— Только не начинай! — вскинулась Гайя. — Опять ты за своё! Ты к ним больше не имеешь отношения! А обо мне, — прокричала она, топнув ногой, как делала в детстве, — обо мне ты подумала?

Полицейский уже вызвал на Фоули-роуд дежурного социального работника.

Терри корчилась, визжала и пыталась выбить входную дверь, за которой Кристал с грохотом сооружала баррикаду из мебели.

Соседи выскочили из своих домов; поражённая публика наблюдала за истерикой Терри. По её бессвязным выкрикам и мрачному настроению полиции все поняли, что произошло.

— Мальчик погиб, — судачили они.

Никто не вызвался утешить или успокоить мать. У Терри Уидон друзей не было.

— Поехали со мной, — умоляла Кей бунтующую дочь. — Я подъеду к их дому и посмотрю, можно ли чем-то помочь.

У меня хорошие отношения с Кристал. У неё же никого больше нет.

— Могу поспорить, она тогда трахалась с Пупсом Уоллом! — прокричала Гайя, но это был её последний протест: через несколько минут она уже пристёгивалась, сидя в стареньком материнском «воксхолле», и вопреки всему радовалась, что Кей попросила её поехать вместе.

К тому моменту, как они достигли объездной дороги, Кристал уже нашла, что искала: пакетик героина, спрятанный в сушильном шкафу, второй из двух, полученных Терри от Оббо в уплату за часы Тессы Уолл.

Вместе с торчковыми принадлежностями Терри взяла его с собой в ванную — единственное помещение с запирающейся дверью. Её тётка Черил, вероятно, прослышала о трагедии, потому что Кристал даже через две двери различала её характерный сиплый вопль, присоединившийся к крикам Терри: «Стерва, паскуда, открывай! Сейчас мамка с тобой поговорит!» — и крики полицейских, пытающихся заткнуть обеих женщин.