Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

И Кайрен только что получил этому более чем наглядное подтверждение!

В ответ на его слова тонкие и совсем не по-женски твердые губы брюнетки тронула едва заметная улыбка. Но голос, когда она заговорила, звучал искренне и даже вполне дружелюбно:

— Здравствуй, Кайрен!

Мужчина склонил голову, приветствуя женщину так, как в Гильдии поводырей полагалось приветствовать старшего:

— Здравствуй, Рафана! — и то, что он больше не называет ее своим учителем, а она его — учеником, еще не скоро изменит что-либо в их отношениях…"

"Мужчина вновь замолчал, предоставив брюнетке еще раз окинуть себя внимательным пристальным взглядом.

Он прекрасно понимал, что она ждет, когда он продолжит говорить — опять же подчиняясь правилам Гильдии, расскажет ей о том, как он выполнил свое задание, но Кайрен не произносил ни слова. Нет, он не собирался от нее ничего скрывать… Да и нечего ему было скрывать! Просто какое-то чувство внутри него, сродни глупому детскому упрямству, заставляло его молчать: пусть Рафана сама задаст вопрос, если уж она не выдержала и нашла его у родника, не дождавшись, пока он сам придет к ней с докладом!

Женщина словно прочитала его мысли… Или опять же нетерпение оказалось сильнее ее?.

— Сулим вчера вечером почувствовал, как открывается Грань, — проговорила она, машинально поправляя складки своего серо-желтого плаща из плотной и явно недешевой, но с виду совершенно неприметной ткани. — Мы сразу предположили, что это ты мог вернуться… Но, раз ты пришел через Грань, следовательно, кто-то ее для тебя открыл! Значит ли это, что ты вернулся ни один?

На этот раз и Кайрен с легкостью прочитал эмоции женщины на ее, обычно столь невозмутимом, лице.

И особого умения для этого не потребовалось — нетерпение так и сияло во взгляде ее светлых глаз! Мужчина заставил себя кивнуть, лишь на мгновение задумавшись, почему ему приходится именно заставлять себя это делать. Может быть потому, что в своей фразе Рафана походя и вроде бы совершенно без умысла умудрилась напомнить ему о слабости его дара — неспособности самому открыть Загрань.

Поставила на место своего чересчур зарвавшегося ученика… Кайрен заставил себя расслабить мышцы рук, помимо его воли уже начавших сжиматься в кулаки: были эмоции, которых брюнетке нельзя было демонстрировать ни при каких обстоятельствах!

— Я выполнил ваше задание, Рафана, — ему удалось заставить свой голос звучать почти спокойно. А себя — сказать не больше, чем следовало.