Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

– Вот видишь? Я надела его только для тебя, а ты его уже видел."

"И только сейчас Рейф понял, что уже какое-то время пытался расстегнуть пуговицы на платье Клио. Тут она резко дернула за вырез, опустив его пониже, и Рейф принялся целовать и ласкать ее шею и груди. Клио глухо застонала – ей хотелось большего. Не успела она сказать об этом, как Рейф, приподняв бесконечные слои мокрого шелка, раздвинул ее ноги и прохрипел:

– Ты нужна мне, Клио. – Его пальцы уже ласкали ее самые интимные места. – Нужна здесь и сейчас.

– Да, Рейф, да… – шепнула она в ответ.

Он быстро справился с ремнем и пуговицами на своих штанах, и Клио тут же обхватила его ногами, привлекая к себе поближе. И оба тихо стонали.

– Я… – Рейф тихо выругался. – Я не уверен, что смогу быть… осторожным.

– Тогда не будь. Будь самим собой.

Он все еще колебался, и Клио добавила:

– Поверь, ты не сделаешь мне больно. – После прошедшей ночи она, конечно же, испытывала некоторый дискомфорт, но все равно хотела Рейфа, хотела почувствовать, как он входит в нее, хотела увидеть огонь желания в его глазах – сейчас ей это было совершенно необходимо.

Рейф уложил Клио на стол, широко раздвинул ее ноги – и тут же ворвался в нее.

– Скажи, если что-то будет не так, – прошептал он.

– Все будет так, как нужно, – отозвалась Клио, обнимая его.

– Я люблю тебя. – Он проник в нее еще глубже. – Люблю, люблю, люблю…

Клио застонала в ответ. А ее сердце пело от восторга.

Несколько минут спустя она громко закричала и, содрогнувшись всем телом, вонзила ногти в спину Рейфа.

Тот глухо зарычал, на мгновение замер, а затем, тоже содрогнувшись, излил в нее свое семя. После чего долго и нежно прижимал к себе, чувствуя, как колотится ее сердце.

– Сегодня утром я вел себя как последний идиот, – прошептал он, когда они наконец поднялись. – Если ты хочешь, чтобы я перекладывал бумаги на столе, – я буду их перекладывать. И если ты хочешь, чтобы я отказался от боев, то так и сделаю. Я сделаю все, чтобы удержать тебя, Клио.

Я люблю тебя, но не знаю, как это доказать. У меня ничего нет, кроме безрассудного сердца, но оно – твое.

– Рейф, правда? – прошептала Клио.

– Чистейшая.

Она улыбнулась.

– Что ж, вот и хорошо. Надеюсь, твоя любовь ко мне переживет… вот это. – Она вдруг открыла ящик стола, достала бумаги о расторжении помолвки, которые Рейф недавно подписал, и бросила их в огонь.

– Клио, нет! – Рейф бросился к камину, пытаясь спасти документы, но бумаги мгновенно вспыхнули.