Сказание о Старом Урале читать онлайн

Чернявая царицына фрейлина не раз о тебе спрашивала. Знаешь, про какую говорю?

– Знаю. Пожалуй, и правду пора мне. Там я нужнее, покамест ты на Урале по-своему хозяйничаешь. Только сдается мне, отец, пора бы и тебе здесь царствовать помилосерднее. Приказчики твои безжалостные народ так озлобили, что как бы не нашла демидовская коса на камень! Уж в обиду мои слова не принимай."

"– В бабушку ты, Прокопий, душой уродился жалостливый. Жалость для мужика – что ржавчина для железа. Демидовым нельзя ее в себе носить.

Езжай-ка в столицу. Ко времени там будешь. Теперь за Бироном глаз да глаз надобен. Он нам кушвинской горы не простит. Осердится за то, что прозевали мы ее! Экое сокровище в казну уплыло... Так ты поживи со мной еще недельку, да и катай по опавшему листу.

– Завтра об отъезде поговорим. Пойду.

– Порадовался я, глядя, как ты по лесам стал бродить, зазнобу свою позабывая. Вижу, что есть и в тебе закваска демидовская. По-хозяйски распоряжался, людям по душе пришелся да и их посмотрел. Вижу, не чужое для тебя все то, что отец с дедом наживали.

А теперь – ступай-ка спать.

– Успею выспаться. Горько сознавать, что у меня в запасе ночей как-никак побольше, чем у тебя.

– Гляди-ка, Прокоп, свеча у тебя в горнице не погашена.

– Догорит и погаснет. Ты, батюшка, как караульный: обо всяком пустяке всегда печалишься. Это, говорят, старости примета.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

1

В тот самый день, когда Прокопий покидал отеческий кров, началось ненастье. Не спеша сеялся мелкий, как мука, дождик, и на всех дорогах от Невьянска осень замешивала липкое тесто грязи.

..

Проводить отъезжающего на крыльцо вышла и Сусанна вместе с Акинфием. Буланый коренник тройки, застоявшись, бил копытом и встряхивался. Мельчайшие брызги с конской спины разлетались во все стороны. Кучер с напускной строгостью покрикивал:

– Балуй!

В стороне – вся домашняя челядь. Тоже проводить явились. Демидов ободряюще похлопал сына по плечу:

– Ехать-то будет не пыльно.

Прокопий молча и коротко обнял отца. Прощаясь с Сусанной, уловил еле внятный шепот:

– Хранит тебя господь! Ожидай!

Усаживаясь в экипаж, ответил на поклоны челяди и принял из рук Самойлыча небольшой кожаный саквояж.

Сусанна покосилась на него не без тайного волнения: в нем находилась большая часть накопленных ею драгоценностей.

– Трогай!

Тройка взяла с места рысью. Весело зазвенели бубенцы. Сусанна послала крестное знамение вслед задку экипажа и поглядела на башенные часы: было без десяти минут два.