Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Покореженный молоток для роке он тащил за собой. Под скатами крыши продолжал реветь и завывать ветер. Глаза Джека безумно метались из стороны в сторону. В его спутанных волосах среди запекшейся крови застряли нарядные кружки конфетти.

Его сын был где-то здесь, нашел себе укрытие совсем рядом. Он нутром чуял это. Предоставленный самому себе, этот непутевый мальчишка мог творить что угодно: разрисовывать дорогие обои цветными карандашами, курочить мебель, бить стекла в окнах. Он был лжецом, трусливым врунишкой и заслуживал наказания… самого сурового наказания.

Джек Торранс с трудом поднялся на ноги.

– Дэнни? – выкрикнул он. – Дэнни, подойди ко мне на минутку, сделай одолжение. Ты поступил скверно, и я хочу, чтобы ты принял свое лекарство, как мужчина. Дэнни? Дэнни!

Глава 54

Тони

(Дэнни…)

(Дэнн-ни-и-и…)

Темнота и пустые коридоры. Он бродил по этим темным коридорам, которые очень напоминали те, что протянулись по всему отелю, но в чем-то все же отличались от них. Покрытые шелком стены уходили высоко вверх, и, даже вытянув шею, Дэнни не видел потолок.

Он терялся во мраке. Все двери были заперты и тоже тянулись куда-то ввысь. А под глазками (которые в этих огромных дверях больше походили на оптические прицелы) вместо номеров комнат были привинчены миниатюрные черепа и кости.

И откуда-то его звал Тони.

(Дэнн-ни-и-и…)

Были еще грохочущие стуки, уже хорошо знакомые, и далекие хриплые крики. Он различал не все слова, но к этому времени уже знал их почти наизусть. Он слышал их раньше, во снах и наяву.

Он остановился, маленький мальчик, меньше трех лет назад научившийся ходить на горшок, и постарался определить, где он находится, куда он мог попасть. Ему было страшно, но подобный страх стал привычным. С таким страхом он справлялся. Он ведь испытывал его каждый день на протяжении двух месяцев, от легкой тревоги до панического, безумного ужаса. С таким страхом, как сейчас, он мог смириться. Но ему хотелось узнать, зачем пришел Тони, почему он звал его в этом коридоре, который не относился ни к реальности, ни к миру грез, где Тони прежде показывал ему разные вещи.

Почему, где…

– Дэнни.

В дальнем конце бесконечного коридора стояла темная фигурка, такая же крошечная, как сам Дэнни. Тони.

– Где я? – негромко спросил он.

– Ты спишь, – ответил Тони. – Спишь в комнате своих мамы с папой.

В голосе Тони звучала печаль.

– Дэнни, – продолжал он. – Твоя мама будет очень сильно поранена. Возможно, даже убита. И мистер Холлоран тоже.