Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Мое требование было двусмысленным. Я намеренно не уточнил, какую Тиру имел в виду: бриг или девушку. Было интересно, сообразят ли корсары? Догадливый нашелся.

— Уточни, Игнат, — потребовал Хорсли."

"— Бриг «Тира», — улыбнулся я, не глядя в сторону девушки. Знаю, что сейчас она гневно раздувает ноздри. Нет, малышка, было бы глупо ставить на тебя в этот момент. Нам нужен корабль. А тебя я всегда успею защитить. — Флагман перейдет под мое управление, как и весь остров.

— Не всем это понравится, — хмыкнул смуглый шкипер с гладким лицом — аксумец Озман.

Тоже из колеблющихся. Вроде бы поддерживает политику Плясуна, но при определенной ситуации может качнуться в другую сторону. Хитер, пронырлив и жутко расчетлив.

— Хватит! — заорал Плясун и пошел к выходу. Остановился возле меня и тихо прошипел на ухо: — Думаешь, я не догадался, какими ты картами играешь? Девку решил у меня отбить? Так я тебя быстро прирежу, чтобы не мучился. А Тире подарю твою голову на нашу с ней свадьбу.

— Отлично сказано! — я выплюнул окурок прямо ему под ноги.

— Говоришь, палаш и нож? Пошли, командор, повеселим народ на ристалище.

Глава 10. Лазутчики

Призрак с трудом разлепил глаза и со стоном приподнял голову. Вчерашний огненный аксумский ром давал о себе знать болью и барабанным боем в висках. Какая-то сволочь поселилась в мозгах и самозабвенно выстукивала марш императорских войск. Еще мальчишкой Призрак частенько смотрел на проходившие мимо его дома колонны солдат с барабанами, и ему нравилось, как маршируют ровные ряды, колышутся штандарты на ветру, зычно покрикивают офицеры, поддерживая порядок.

Грозно покачиваются стволы тяжелых аркебуз, тяжело ступают по мостовой мощные копыта тягловых лошадей, звенят шпоры кавалерии…

Застонав, Призрак скинул тощие ноги на пол и огляделся по сторонам. Забыл с вечера закрыть ставни окна, и теперь яркое солнце заливает комнату. Мудрец храпит на противоположной стороне, зарывшись в одеяло.

— Чтоб тебя, — проворчал молодой штурмовик, и пошатываясь, подошел к столу, где стоял кувшин с водой.

Припал к теплой влаге, жадно высасывая остатки, перевел дух. — Где моя одежда? А… Вот она.

С трудом нагнувшись, Призрак собрал с пола штаны, рубаху, кафтан и жесткую куртку-робу. Где-то должны были быть сапоги. Какого черта они делают возле дверей, он не понял. Кидал в кого-то?

Вчера он с Мудрецом славно посидели с местными стражниками в таверне, оприходовав, наверное, шесть кварт асумского пойла на пятерых взрослых мужиков.