Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Я же вцепилась в Игната, опасаясь, что вылечу на крутом повороте.

– Что там случилось? – робко поинтересовалась у брата.

– А это последствия неразумных действий, – равнодушно ответил Игнат. – Сиди теперь и думай, сколько невинных людей погибло из-за твоей якобы оскорбленной чести.

– Но я не хотела ничего такого, – к горлу подступил комок и затопило чувство вины."

"Гибель не самых лучших представителей общества хоть как-то мирила с пугающей действительностью, но тот взрыв мог покалечить или унести десятки жизней.

Тот же Егорка, к примеру, чем виноват? Я всхлипнула, размазывая по лицу слезы раскаяния.

– Вот только сырость здесь разводить не нужно, – строго предупредил Игнат. – Возможно, я немного преувеличил. На самом деле, пожар должен был лишь уничтожить тела, ну и наши номера прихватить заодно. Других постояльцев на втором этаже не было, я проверил, а те люди, что сидели внизу, наверняка успели выбраться. Но ты должна четко усвоить: нет больше Нины Забелиной, дворянки из медной книги родов.

Есть просто девочка Нина, сирота без роду и племени.

Я кивнула, упрямо закусив губу. Урок, который я получила, говорил лишь о том, что следует быть осторожнее и думать о последствиях. Но забыть, кто я такая, не заставит никто и никогда!

– Где мы? – я огляделась, удивляясь фонарям на улице. Довольно широкой, чтобы разъехались пять таких экипажей, с мощеной мостовой и роскошными домами по обеим сторонам. – Что забыли в Белом городе?

Здесь располагалась резиденция князя Шумского, селились дворяне, купцы первой категории и зажиточные горожане.

Собственно, в каждом городе высшее сословие строило дома в самой защищенной части и старалось окружить себя комфортом. Это своеобразный показатель статуса и достатка семьи.

Между прочим, где-то здесь затерялся особняк Забелиных, куда родичи перебирались из поместья на зиму или же останавливались на время городских праздников или званых балов. Последние годы он пустовал, потому что из имения в Каменной пади мы никуда не выезжали.

Здесь наше семейство не жаловали, и теперь понимаю, почему. Однако род не бедствовал. Белый камень для постройки домов и мощения улиц добывался в карьере, который принадлежал семье. Также у нас имелись искусные мастера резьбы по камню и собственный причал с торгом на реке Каменке, по ней сплавлялись купцы из соседних княжеств.

– До рассвета куча времени, хочу показать кое-что, – уклончиво ответил Игнат.

Впрочем, я уже догадывалась, куда мы держали путь.