И пояснил: — Я тут сижу на единственной батарее, а ее мощности, похоже, маловато на все. Так что она тут у меня заметно греется, и надо побыстрее добраться до места, пока мои яйца не превратились в яичницу.
Страшила бросила испытующий взгляд на инженера. Гра Ниопол развел руками:
— Ничего не получится. Если воткнуть еще одну — места для Ника там вообще не останется. Да и подвеска не выдержит такого увеличения веса. Он и так на треть большего стандартного.
Трис вздохнула и дала команду через сеть открыть люк трюма. Когда створка люка плавно поползла наверх, они с инженером отступили из трюма в коридорчик и задраили дверь, ведущую внутрь «Паучка».
Им до сих пор не удалось найти способ проникнуть на борт лузитанского транспортного снабжения во, так сказать, плоти, без того чтобы командная сеть лузитанца не отдала приказа на немедленное приведение в действие антиабордажной директивы. Так что светиться перед сенсорами, которыми (они знали об этом совершенно точно) шлюз был буквально утыкан, не стоило.
Когда десять дней назад они наконец-то ввели свой кораблик в один из шлюзов транспорта, Страшила Трис пребывала в чрезвычайно воодушевленном состоянии.
Им! Удалось! Взломать! Командную сеть лузитанца! До сих пор никому из мусорщиков на «Кокотке» не удавалось залезть на лузитанца, у которого сохранилось хоть какое-то подобие командной сети. Да что там залезть — даже приближаться к таким боялись. Посему лучшим, что удавалось получить с лузитанских кораблей, были обломки. А тут они смогли не только войти в зону непосредственной обороны лузитанского военного корабля с работающей командной сетью, но и состыковаться с ним! А что до того, что Ник пока не придумал, как им взять его под контроль, — так это только пока.
После всего, что им с партнером уже удалось, вера в него у Трис была почти непоколебимой. И первые два дня все вроде как шло нормально. Им удалось сначала получить разрешение на пребывание на борту лузитанца ремонтного бота с идентификационным номером QQ773NW2435226, под которым был зарегистрирован новый «Паучок», сроком на тридцать дней — максимальный срок, на который можно было получить такое разрешение для любого корабля с нелузитанским портом приписки.
А еще через день Ник сумел получить у командной сети корабля коды идентификации для своего ремонтно-технического комплекса, что позволило вывести его из трюма и отправить на обследование транспорта. Однако это оказались не только первые, но и единственные победы. Дальше они просто уперлись в стену.
