Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Укрепил дух пана ста граммами моего бренди, принялся обрабатывать раны. Пострадал он не так сильно, как казалось на первый взгляд. Основной поток осколков приняла на себя женщина спавшая с ним. Вытащил крупный осколок, из раны на бедре, наложил тугую повязку. Бойцы проверив всё, перетащили Ганича на кровать. Прибрали большую комнату на скорую руку. Эркен подошёл к столу и положил аккуратный ящик с дуэльными пистолетами.

— Всё командир, думаю больше ничего стоящего нет. — кивнул и стал рассматривать трофеи.

Кожаная сумка похожая на саквояж.

В ней лежит свёрток в котором бумажные ассигнации. Просматриваю несколько из них и сразу нахожу фальшивую, достоинством в десять рублей.

— Надо перебрать на скорую руку. Не больше двадцати тысяч. — машинально подумал я. Четыре мешочка с польским золотыми и серебрёнными монетами. Не глядя поделил монеты. Оставил немного золотых и половину серебряных монет, треть ассигнаций забрал в свой фонд. Три мужских золотых перстня, серебряный и золотой портсигары. Семь пистолетов, четыре сабли, три кинжала, восемь ружей, из них три охотничьих.

Порох свинец пулелейки лежали в сундуке. Шкатулка в которой лежали все бумаги собранные Эркеном и Саввой.

— Оружие упаковать, это, указал я на отложенное мной, упаковать отдельно. Саквояж и шкатулку оставьте. Паша, ну-ка позови Забродского.

Решил я проверить мысль мелькнувшую в голове.

— Звали пан офицер? — зашёл Забродский снимая шапку.

— Стефан, сам покажешь схрон с оружием? Твоя контрабанда мне без надобности, или будем играть в героя польского сопротивление? Учти, ты в любом случае всё расскажешь и покажешь, но тогда не обессудь, вытрясу из тебя всё и конфискую.

А так, обойдёмся малой кровью. Твой выбор, Стефан?

Стефан нахмурился, подумал немного и кивнул.

— Здесь, недалёко, ружья, сто штук и пистоли, не знаю сколько.

— Всё или что-то скрыл? — смотрю внимательно в глаза.

— Оружие всё, пан офицер.

— А не оружие?

— Вы же обещали пан офицер!. — возмутился Стефан.

— Я, не отказываюсь. Я не жандарм и не полицейский, и даже не пограничный стражник.

Я, как сторонний покупатель, вдруг у тебя, что интересное есть, я куплю.

Достаю, ставлю столбиком золотые монеты.

— А не обманите? — взгляд Стефана прилип к деньгам. — Предложить чего стоящего не могу, так всё больше по женской части. Хотя есть у меня две трубы зрительные, хорошие, немецкие. Заказ сделали, а выкупать не хотя, дорого говорят. Вам уступлю. Уже три месяца лежат. Деньги то вбухал, а вернуть не могу.