Седьмая жертва читать онлайн

Благодарю судьбу за то, что мне было всего шестнадцать, когда мы познакомились с Николаем, и за десять лет, пока он доказывал, что достоин меня, я успела состариться всего до двадцати шести. Когда мы сочетались браком, Николаю Бенедиктовичу было уже сорок. Однако я не роптала на родителей, ибо понимала: в нашем роду мезальянсов не было и быть не должно. И в свои шестнадцать я еще не могу судить о том, кто достоин вступить в родство с нашим родом, который, за полтора столетия дал жизнь ученым и литераторам с мировым именем.

Точно так же я воспитывала и нашу единственную дочь Инессу. Увы, времена изменились, и наши вековые семейные традиции оказались не в силах противостоять разнузданности нравов. Большевики… Я до сих пор не могу понять, почему мои родители не эмигрировали вместе со всеми. Иногда я думаю, что мой батюшка, мир праху его, был ослеплен идеями революции. А порой мне приходит в голову, что он в них просто не разобрался и, не понимая всей опасности насильственного большевизма, доверчиво решил, что ученых, занимающихся древней историей, никто притеснять не станет.

В этом он, как ни странно, оказался прав. Большевикам понадобились институты, чтобы обучать в них голь перекатную, рвавшуюся к власти, ведь им обещали, что каждая кухарка хоть немного поуправляет государством, и в этих институтах нужно было преподавать историю. Отец заведовал кафедрой в университете до самой кончины и был похоронен с огромными почестями. Но одного он, чистый и доверчивый историк, не учел: в стране большевиков нам трудно будет сохранить наши традиции, кои мы почитали более всех ценностей. "

"Инесса подавала большие надежды. С раннего детства играла в шахматы, и в школе всегда была первой ученицей, особенно выделяясь остротой ума в точных науках. Мы с Николаем Бенедиктовичем прочили ей карьеру физика, но дочь, как ни прискорбно, не испытывала ни малейшего интереса к тем наукам, которые давались ей более всего. Разумеется, ее решение поступать в педагогический институт мы с супругом не одобрили.

Да, профессора в нашем роду были, и немало, мы с Николаем Бенедиктовичем оба носим это звание, но профессор – это профессор, а школьный учитель – это, извините, нонсенс для Данилевичей-Лисовских. Однако мы слегка успокоились, когда Инесса объяснила нам, что не собирается преподавать в обычной школе. Ее интересуют методики развития интеллекта, логического мышления и памяти у детей, и она собирается заниматься исключительно наукой.