На одном дыхании! читать онлайн

Ну!

– Ну, – пробормотала Глафира, – ну-ну…"

"Взять из коробочки бриллиантового бегемота могли три человека – сама Глафира, ее муж Разлогов и Андрей Прохоров, иногда посещавший Глафиру дома, в нарушение установленных раз и навсегда правил. Не то чтобы Глафира укладывала Прохорова в мужнину постель, просто иногда, когда Разлогов бывал далеко, Прохоров заезжал за ней, и они пили кофе, собирали Глафирин чемодан, чтобы лететь в «романтическое путешествие», и даже целовались – как раз в гардеробной, где точно не было камер.

Итак, их всего трое.

Сама Глафира кольцо не брала и Олесе не отдавала, это она знает точно. Значит, или Разлогов, или Прохоров.

Зачем это могло быть нужно Разлогову?.

Если Разлогов решил подарить любовнице Олесе ее, Глафирино, кольцо, то почему он потом вернул его обратно? И, выходит, Разлогов просто давал его любовнице… поносить, что ли? Чтобы она в нем сфотографировалась, что ли?.. И чтобы потом отдала обратно?..

И в эту абсолютно невероятную схему ну уж никак не укладывается… романтический фотомонтаж с морского побережья! Разлогов-то точно знал, что этого не может быть, потому что не может быть никогда! Или… фотография с кольцом не имеет никакого отношения к фотографии с пляжа?! Тогда, выходит, целый заговор был сплетен вокруг совершенно рядового и никчемного материала про девушку Олесю Светозарову! Заговор почти шпионский, с подложными снимками и крадеными бриллиантами!

И зачем?! Зачем? Зачем?.

Выходит, что незачем. Выходит, не Разлогов утащил у нее бриллиант. Но тогда – ввиду того, что его не утаскивала и сама Глафира! – получается, что вся комбинация была задумана именно Прохоровым.

Он утащил бриллиант, он отдал его красотке Олесе, он собрал в фотошопе невозможную пляжную картинку и велел Олесе «подсунуть» ее вместе с остальными фотографиями! В конце концов, именно он притащил журнал к себе в квартиру и выложил на стойку, чтоб Глафира уж точно, с гарантией разглядела все подробности разлоговского свинства!..

Подробности свинства. Да уж… Куда уж хуже – в смысле свинства.

И тут Глафира все поняла.